• EUR: 68,5002
  • USD: 63,9114

Кому нужен передел рынка?

17 октября 2014 годаДеньги

Ситуация на лесосырьевом рынке Карелии остается острой

Статья "Лес есть. ЦБК задыхается", опубликованная в Интернет-газете "Вести Карелии" в начале октября, положила начала дискуссии о ситуации на лесосырьевом рынке республики и об обеспечении древесиной целлюлозно-бумажной отрасли. Предлагаем вниманию наших читателей другой взгляд на проблему взаимоотношений карельских лесозаготовителей с "бумажниками":  

В октябре на сайте Интернет-газеты "Вести Карелии" появилась статья "Лес есть. ЦБК задыхается". В этой статье предпринята попытка проанализировать ситуацию, в которой находятся лесозаготовители и потребители леса в Республике Карелия, а конкретно – целлюлозно-бумажные комбинаты. Автор оперирует цифрами, выстраивая с их помощью свои рассуждения и делая следующий вывод: «Карелия – край безграничных лесов – из самостоятельно развивающегося региона превратилась в сырьевой придаток. Карельский лес стал доступен всем, кроме карельского производителя». В статье довольно много эмоциональных всплесков, вроде "бумажные комбинаты находятся в унизительной зависимости от лесозаготовителей…", "задыхающиеся в дефиците сырья российские ЦБК – прекрасная добыча для лесоторговцев" и т.д. Эмоций много, слова хлесткие, но с действительностью они не имеют ничего общего.

Давайте рассмотрим тезисы статьи. В ней утверждается, что одной из существенных проблем для целлюлозно-бумажных комбинатов является отсутствие собственной лесозаготовительной базы. "Сегодня бумажные комбинаты находятся в унизительной зависимости от лесозаготовителей и постоянной конкурентной борьбе за хвойное сырье". Кто от кого находится в зависимости?

Давайте вспомним недавние времена – банкротство Кондопожского ЦБК. Предприятие получало сырье от карельских лесозаготовителей и их коллег из других регионов. Но за поставленное сырье не расплачивалось. Лесозаготовители не раз обращались и на предприятие, и в органы власти, говорили о ситуации в СМИ, но, к сожалению, это не привело к тому, что все долги были отданы.



Напомним, что с весны 2012 года лесозаготовители почувствовали, что стали задерживаться платежи поставщикам сырья. Задержки длились месяц-полтора, затем долг оплачивался. В октябре Союз лесопромышленников и лесоэкспортеров обратился к главе Карелии с официальным письмом, в котором прямо говорилось, что комбинат стал тянуть вниз всю лесную отрасль. Дело в том, что лесозаготовители, с которыми не мог рассчитаться комбинат, стали, соответственно, задерживать свои платежи, в том числе арендные. Кондопожский ЦБК – был одним из основных потребителей заготовленной древесины. Очевидно, что если он не платит, то проблемы прежде всего возникают у тех, кто древесину поставил. Кто от кого находится в унизительной зависимости?

Ситуация ухудшилась, поскольку ряд предприятий, имея задолженность по арендной плате из-за неплатежей потребителей, не попал в список предприятий-экспортеров, имеющих право поставлять древесину зарубежным потребителям. Заметим, что поставщиками ЦБК являлись практически все лесозаготовительные предприятия, кроме тех, что работают исключительно на экспорт. Предприятия, чьими учредителями являются финские компании, прежде также осуществляли поставки комбинату, но столкнувшись с задержками платежей, прекратили это делать. Остальные предприятия такой возможности не имели.

Карельским предприятиям комбинат остался должен более 100 миллионов рублей, поставщикам из других регионов – и того более.

Аналогичная ситуация сложилась с заводом "Питкяранта", который также задолжал поставщикам. На сегодняшний день проблема с долгами решена лишь частично. Убытки, которые понесли лесозаготовители, никто не покрыл.

Что касается тезиса о конкурентной борьбе за сырье, все предприятия России находятся в таком положении. Мы живем в условиях рыночной экономики. И не надо строить иллюзий на ее счет. Любое предприятие стремится уменьшить затраты и увеличить доходы. Вполне логично, что целлюлозно-бумажные комбинаты стремятся приобрети лес как можно дешевле. Но лесозаготовители не могут работать в убыток – за каждым предприятием стоят коллективы, обязанность вносить арендные, налоговые и прочие платежи. Учтем, что техника, с помощью которой в настоящее время ведутся лесозаготовки, практически вся – зарубежного производства, соответственно, затраты на ее покупку, обслуживание, приобретение запчастей зависит от курса евро и доллара. Соответственно, затраты растут.

При этом стоимость сырья занимает в структуре стоимости бумаги несравнимо малую часть. На сырье ли должны экономит ЦБК? Или, может быть, логичнее попытаться сократить иные расходы?

В статье, размещенной на сайте, говорится, что "отсутствие квотирования на вывоз хвойной древесины за пределы РФ и выросший курс евро и доллара – несомненные плюсы для лесозаготовителей и минус для ЦБК, которые без хвойной древесины работать не могут". Во-первых, квотирование на вывоз хвойной древесины существует. Более того, лесозаготовителям, понесшим огромные убытки от поставки неоплаченной продукции на ЦБК, на какое-то время дали вдохнуть, отменив запреты для многих из них на поставку древесины за рубеж, но вдох этот оказался весьма коротким. Вскоре ограничения были возвращены вновь.

Лесозаготовители просто вынуждены поставлять продукцию на внутренний рынок, они вновь оказались в кабальной зависимости от ЦБК. Во-вторых, растущий курс евро и доллара – это праздник для ЦБК, которые подавляющие объемы продукции поставляют именно на экспорт. Автор статьи перевернул все с ног на голову.



В статье говорится, что "где цена дороже, туда карельский лес и отправляется. Только в прошлом году за пределы республики ушло 1,6 миллиона кубометров карельского леса и только 2,8 миллиона кубометров поставлено на ЦБК и деревообрабатывающие предприятия республики. Бумажники вынуждены довольствоваться остатками…" Странно, что 2,8 миллиона кубометров – это остатки от 1,6 миллиона кубометров. Наверное, все же меньшую часть логичнее признать "остатком". На заседании общественного совета, обсуждавшего баланс производства и потребления древесного сырья в Карелии, говорилось, что по итогам 2013 года на экспорт было поставлено 1,4 миллиона кубометров (23 процента от общего объема заготовленной древесины). Из них 0,9 миллиона кубометров – это лиственная древесина. На экспорт поставлены в основном березовые балансы. Если бы на внутреннем рынке был потребитель березы, то лесозаготовители вполне могли бы поставлять продукцию ему. Однако наши ЦБК работают на хвое, им не нужна береза.

"Не торопятся арендаторы и в полном объеме осваивать лесосеки… Расчетная лесосека Республики Карелия осваивается только наполовину…" - говорится в статье, а кроме того, говорится: "ЦБК, имея средства, вполне в состоянии обеспечить свою сырьевую безопасность – достаточно только получить возможность стать арендатором леса…". Не в этом ли суть материала? Иными словами, автор предлагает отнять лес у нынешних арендаторов и передать другим – ЦБК. Заметим, автор пишет: "Сегежа… единственная из трех крупных ЦБК имеет собственную лесосеку и заметную часть своих потребностей обеспечивает за счет нее». То есть, автор ратует за Кондопогу и Питкяранту, которые уже создали немало проблем для лесозаготовителей. Кстати заметим, что и ЦБК в роли лесозаготовителей вряд ли смогут кардинально изменить ситуацию. Сегежа, например, за 9 месяцев этого года пока сумела освоить только около 40 процентов своей расчетной лесосеки. А Сегежский ЦБК, пожалуй, имеет на данный момент более прочное положение, чем другие предприятия ЦБП.



Верно, что расчетная лесосека в республике осваивается не полностью. Кстати, расчетная лесосека на переданных в аренду землях осваивается на 73 процента – это достаточно высокая цифра в сравнении с другими российскими регионами. На севере Карелии есть огромные территории, не переданные в аренду. Никто не мешает ЦБК попытаться зайти туда и взять лес. Почему они этого не делают? Не делают по той же причине, по которой неохотно идут туда лесозаготовительные предприятия. На этих территориях возможны в основном выборочные рубки, а не сплошные. При нынешнем развитии технологии и рынка в России, заготовленный там лес не будет очень уж выгодным. Естественно, лесозаготовитель не будет продавать лес ниже себестоимости, но купят ли ЦБК дорогой лес? Нет, они и сейчас готовы платить только минимум.

Освоение лесов на севере республики – серьезная задача, требующая комплексного решения. Сейчас есть проекты, предполагающие освоение этого северного леса, но реализовать их в один день невозможно. И по-прежнему никто не мешает ЦБК претендовать на этот лес, если бумажники сочтут это для себя выгодным.

Пассаж о том, что "сегодня арендатор абсолютно бесконтролен в своих действиях: может не платить арендную плату, налоги, зарплату работникам…" не заслуживает комментария. Разумеется, с недобросовестными арендаторами договоры аренды расторгаются. Как раз неплатежи ЦБК за сырье поставили арендаторов на грань выживания.

К сожалению, в реальности карельские лесозаготовители зависимы от местных ЦБК. Бумажные комбинаты могут быть действительно надежным партнером в решении серьезных  вопросов. Председатель Союза лесопромышленников и лесоэкспортеров Андрей Пладов, к которому мы обратились с просьбой прокомментировать ситуацию, говорит, что все – и лесозаготовители, и лесопереработчики – заинтересованы в том, чтобы карельский лес осваивался и перерабатывался.



"Мы в одной лодке и готовы решать проблемы сообща, - сказал Андрей Пладов. – Союз лесопромышленников и лесоэкспортеров готов стать площадкой для совместного обсуждения стоящих перед всей отраслью задач, готов к общению с представителями всех ветвей власти – для этого союз и создан. При этом пользу должны получать все участники процесса. Если вести речь только о "переделе рынка", то последствия могут быть негативными и для конкретных предприятий, и для всей республики. В последнее время вопросам сырьевой безопасности и доступа к лесным ресурсам широко обсуждаются, они признаны наиболее важными для эффективного развития и существующих производств, и новых предприятий. Я надеюсь, в Карелии в результате диалога всех заинтересованных сторон мы вместе сумеем найти приемлемые решения".



С ним солидарен и заслуженный работник лесного хозяйства Карелии Николай Бобко: "Традиционно карельские лесозаготовители обеспечивали чуть больше половины потребностей целлюлозно-бумажной промышленности. Нашим целлюлозно-бумажным предприятиям не хватает карельского леса, недостаток сырья они восполняли покупкой в Вологодской, Ленинградской и других областях. Ежегодно дефицит древесины оценивается на уровне 2,6 миллиона кубометров. При этом карельские лесозаготовители готовы по-прежнему поставлять лес на наши ЦБК. Хотя бы потому, что даже если потребители в других регионах готовы платить за сырье больше, транспортная логистика не позволит получить серьезную выгоду. Считаю, что лесозаготовителям и лесопереработчикам необходимо серьезно выстраивать  систему взаимоотношений, при которой закупочные цены, устанавливаемые перерабатывающими предприятиями, не будут удушающими для лесозаготовителей. Проблемы лесозаготовителей, такие, как отсутствие средств на интенсификацию производства, строительство лесных дорог и другие, не скажутся благоприятным образом на развитии экономики Карелии".

Алексей Кузьмин

 

Комментарии