• EUR: 67,2086
  • USD: 63,3028

Кирилл Симонов «хочет садить картошку в одном месте»

26 февраля 2014 годаКультура

Известный балетмейстер о карельском балете, «Золотой маске» и совместной работе с Евгением Плющенко

Он вернулся в Петрозаводск летом прошлого года. Вернулся с большими планами создать заново в Музыкальном театре Карелии балет, который заставляет говорить о себе далеко за пределами республики. Удалось ли известному хореографу Кириллу Симонову за прошедшие полгода вдохнуть новую жизнь в балетную труппу? Не жалеет ли балетмейстер о том, что вернулся в кресло худрука карельского театра? И почему Кирилл Симонов сегодня «живет» в самолетах и аэропортах? Хореограф откровенно рассказал «Вестям Карелии» о судьбе балета, где все больше работают иностранцы,  «Золотых масках» и любви к фигурному катанию.

Театр как отражение страны

– Кирилл Алексеевич, осенью прошлого года на сборе труппы вы сказали, что причин для возвращения в родной город и в Музыкальный театр у вас было достаточно. Но основным поводом для принятия решения все-таки были заверения министра культуры и главы республики о том, что они всячески будут вас поддерживать в новых постановках. Сегодня вы не жалеете, что согласились вновь занять пост худрука нашей балетной труппы? 

– Я стал более философски ко всему относиться. Театр – это отражение страны. Как тяжело сейчас всем в нашей стране, так тяжело и в театре. Не скрою, решение вернуться далось не просто. Я его принял после того, как съездил с «Золушкой» на «Золотую маску». Поговорив с директором театра, с министром культуры, мы решили попробовать. Без внятного решения власти я сюда вернуться не мог. Хотя я прекрасно понимал, что 100-процентного финансирования театра все равно не будет. Мы знаем, какие проблемы есть у республики. Но министерство культуры стало активно работать с грантовыми федеральными программами. Оно сейчас не просто кидает деньги на что-то, а работает адресно, под определенные проекты. А мы подготовили много проектов, и есть надежда, что они  сработают. Театр уже получил деньги на балет «Анна Каренина», первое знакомство с публикой у этой постановки состоялось в ноябре, а полная версия премьеры состоится в конце сезона. В марте мы выпускаем «Жизель». Этот спектакль зрители должны были увидеть еще в прошлом году. Еще один наш долг – балет «Спящая красавица», который мы должны были представить публике перед «Золушкой». Надеюсь, сделаем спектакль в следующем сезоне. Вообще, у нас работы хватает. Мы увеличили показ балетных спектаклей в два раза. Если в  прошлом сезоне показали порядка 20 спектаклей, то в планах нынешнего – 45.

– Помимо работы в Петрозаводске у вас масса дел в других театрах, где вы ставите спектакли. Как все успеваете?

– Я живу в самолете и аэропорту «Домодедово». Это очень тяжело, но поскольку все театры планируют постановки задолго, то, когда я согласился вернуться в Петрозаводск, мой предстоящий сезон уже был распланирован без учета Музыкального театра. У меня прошлый год был нелегким, а нынешний по объему постановок такой же, да еще с  Музыкальным театром. Поэтому самому «Жизель» мне здесь не выпустить. Спектакль  поставит Екатерина Ковалева, известная петрозаводской публике по «Шопениане». А сейчас у меня на выпуске два спектакля: в Саратове, где я в этом сезоне уже поставил «Половецкие пляски», готовлю классический балет «Раймонда» и делаю «Анну Каренину» в Словакии. 

– Балет «Анна Каренина», который петрозаводский зритель увидит в конце сезона, сначала выпустите в Словакии?

– Мы изначально планировали, что один и тот же спектакль будет поставлен в двух театрах. Правда, право первой ночи было у Музыкального театра Карелии. Но так как здесь мы столкнулись с финансовыми проблемами, то все отложилось. А в Европе, если запланирована премьера на апрель, то никуда эти сроки не сдвинешь.
Сказать, что мы делаем два одинаковых спектакля, нельзя. Художники, с которыми я  работаю (Эмиль Капелюш и Стефания Граурогкайте), сделали разные эскизы костюмов и сценографии. Труппы театров отличаются. Так что точного повторения проекта не будет. Но у нас есть договоренность со словацким театром, что мы будем меняться солистами: словаков приглашать в Петрозаводск, а наших солистов отправлять в Словакию. А на следующий сезон есть задумка сделать с этим же театром совместный проект «Алиса в стране чудес». Надеюсь, что все состоится, и один очень известный художник будет с нами сотрудничать. Это визуально сложная история. Здесь нужны «крепкая» сценография и необычные костюмы. 

Русских в балете не хватает

– Сегодня многие критикуют вас за то, что в труппе много иностранцев. Мол, что, в балетной державе не хватает русских артистов?..

– Русских в балете сегодня катастрофически не хватает. И этому есть объективные причины. В Санкт-Петербурге и Москве много антрепризных трупп, которые занимаются чесом балетов «Щелкунчик» и «Лебединое озеро» в Европе и Америке. Они не дают спектаклей в России. А артисты, которые получают образование в регионах и хотят уехать в Москву, с радостью это делают. В результате провинциальные театры, особенно где нет учреждений, готовящих артистов балета, страдают. Поэтому мы берем артистов из-за границы. Сейчас у нас в труппе только японцы. Но мы ведем переговоры с Бразилией, Испанией, Италией. На мой взгляд, это абсолютно нормальная практика. Например, в Германии вы увидите в балетной компании только 20 процентов немцев и даже меньше. В основном там танцуют артисты из России, Украины, Франции, Аргентины, Бразилии. Эти труппы интересны своим разнообразием лиц, культур, характеров. 

– Но попахать в этом сезоне на карельской сцене пришлось и русским, и иностранным танцорам…

– Начало сезона было адовое. Нам пришлось сделать несколько премьер. Ведь мы вводили не 2-3 человека, восстанавливая спектакли, а 80 процентов новых артистов. Ребята пахали целыми сутками, чтобы выучить «текст». Честь и хвала педагогам, команде, которая здесь работает. Они провели титаническую работу. Теперь нам не стыдно показывать наши спектакли и нашей публике, и за границей.

– Балет «Щелкунчик» вы на днях вывезли на фестиваль в Финляндию, где его с успехом показали почти 2,5 тысячи зрителей в спортивном комплексе. Планируете и дальше гастролировать по миру со своими именитыми постановками?

– Ведем переговоры с испанским продюсерским центром. Возможно, поедем на месячные гастроли в Испанию в декабре. Большие гастроли должны быть в жизни актеров. 

Нужная всем «маска»

– А весной хореограф Симонов вновь поедет в Москву на «Золотую маску»? На этот раз на премию выдвинут ваш спектакль «Пульчинелла», поставленный в новосибирском Театре оперы и балета. Вы были на «Золотой маске» и как участник, и как член жюри. Как вы считаете, премию сегодня получают действительно достойные или ее «покупают»? 

– «Золотая маска» не просто конкурс, это, прежде всего, фестиваль. Ты можешь за один месяц посмотреть огромное количество спектаклей – срез того, что происходит в этой большой стране. Я был в жюри и знаю, что иногда очень сложно понять, как это можно оценивать. Спектакли бывают настолько разными и по стилю, и по структуре. Наверное, какие-то люди говорят, что все это куплено, кто-то лоббирует свои интересы. Но я был внутри жюри и никакого давления со стороны руководства «Золотой маски» и еще кого-нибудь не испытывал. Хотя на многих конкурсах такое бывает. Уверен, что «Золотая маска» – очень нужная вещь. Огромное количество людей  – артисты, режиссеры, музыканты, художники  – благодаря премии получают шанс в жизни. Это является двигателем, помогает тебе творить дальше. И как бы без «Золотой маски» в Петрозаводске посмотрели  спектакли Фоменко, Бутусова, одноактные балеты Начо Дуато? Без фестиваля мы бы смотрели только драматические антрепризы ужасного качества в ДК «Машиностроитель». 

– А вы что-то успеваете смотреть? Телевизор включаете? За Олимпиадой следили?

– Телевизор у меня все время работает, но без звука. Это еще одно своеобразное окно в моем доме. За Олимпиадой не следил, но фигурное катание смотрел. Когда выступали наши пары, это было потрясающе, до слез. Ты понимаешь, чего реально стоила ребятам эта победа. Сколько сил они вложили, какая ответственность на них лежала! История, которая произошла с Евгением Плющенко, нехорошая. Мне она не нравится. Но мы все равно до конца не узнаем всей правды, и я не считаю возможным обвинять Женю. Плющенко сделал для страны нереально много. Поэтому сегодня нам нужно просто перестать обсуждать уход Жени с олимпийского льда.

– Вы работали вместе с Евгением Плющенко. Вам понравился этот опыт?

– Несколько лет назад я познакомился с тренером Евгения Алексеем Мишиным, который предложил мне сделать совместный проект. Женя много гастролировал в США и тосковал по Питеру. Тогда на экраны вышел фильм «Бандитский Петербург», музыка к которому ему очень нравилась. Я познакомил Женю с композитором Игорем Корнелюком. Он сделал обработку своей песни «Город, которого нет». И под эту фонограмму мы стали работать. Сначала в балетном зале, потом на льду. Для меня это было сложно. Но Женя – легендарный спортсмен, талантливый, чувственный, отзывчивый человек с прекрасным внутренним миром.  От совместной работы у меня остались хорошие воспоминания. Но больше ставить номера для фигуристов я не хочу. Не люблю работать в смежных жанрах. То же самое было с фильмом «Мастер и Маргарита»  Владимира Бортко, куда меня позвал Корнелюк как автор музыки. Ставить танцы для кино было интересно, но больше я этого делать не буду. Все-таки это не балет. 

– Значит, Кирилл Симонов будет жить только балетом? Опять вас ждут аэропорты, самолеты?

– Нет. Я попытаюсь побольше работать в Петрозаводске и поменьше в других театрах. Самолеты, бесконечные гостиницы, съемные квартиры – все это хорошо, но хорошо в 18 лет. Сейчас мне хочется уже сажать и растить «картошку» в одном месте, чтобы видеть, как она зреет.

Беседовала Наталья Соколова

 

Комментарии