• EUR: 68,4703
  • USD: 64,1528

Вице-премьер РК Юрий Савельев: «Мне здесь станет не интересно»

07 сентября 2016 годаПортрет

Назначение известного в Карелии ученого-экономиста Юрия Савельева на должность заместителя премьер-министра правительства республики для многих стало неожиданным. Вопрос, «зачем ему это нужно», до сих пор витает не только среди его бывших коллег-ученых, но и в оппозиционной политической  «тусовке», которая одно время считала Савельева «своим». Спустя четыре месяца после назначения вице-премьер поделился своими впечатлениями от новой работы с известным петербургским блогером Алексеем Гончаренко. Интервью опубликовано в его блоге на Livejournal.com. Предлагаем фрагменты этой беседы.

- Хотелось бы услышать от вас пару слов о себе.

- Вообще, здесь в правительстве я работаю недавно – с апреля месяца. До этого практически 20 лет я проработал в науке. Пришел после вуза на должность экономиста, потом - научный сотрудник, руководитель отдела. Потом – директор института, заместитель председателя центра. После такой двадцатилетней работы перешел сюда.

Родился в Карелии в Сегеже. Учился здесь в Петрозаводске. Когда педагогический университет заканчивал, у меня интересы еще плавали. Дипломная работа у меня называлась достаточно интересно: «Электоральная география и становление политической культуры в Республике Карелия». Потом пошел в Карельский научный центр Российской академии наук в Институт экономики, и тут специализация поменялась.

Когда я после вуза пришел, достаточно мало было знаний, непонятно, каким образом начинать работать в науке, как вообще должно быть построено научное исследование. Я пришел к научному руководителю в 1997 году, он дал первое задание – за неделю разработать концепцию создания особой экономической зоны в Костомукше. Каким образом ее делать, как подходить, с чего начинать? Пошел в библиотеку, взял материал. Через неделю принес ему. Он полистал и говорит: «Теперь другая задача – сделай концепцию системы баз данных по внешнеэкономической деятельности. Какие разделы она должна включать? Какие показатели? Как пополняться? Какие источники информации? Какое программное обеспечение должно быть и т.д…».

Следующая задача была совершенно из другой области. Получается, в течение года, он натаскал меня так, что я мог любые задачи решать - любой сложности, из любой сферы. Главное – уяснить основные принципы, подходы и логику решения сложной задачи. Как ее разложить на элементарные части, решить которые не составляет труда? Дальше я успешно использовал эти знания в науке.

В 2001 году защитил кандидатскую, в 2011 – докторскую диссертацию. До сих пор я благодарен ему за эти методы и подходы. Для меня нет разницы теперь, какая это задача: экономическая, социальная, экологическая, технологическая. Главное - знать принципы, решения, подобрать и сформировать правильную команду – тех специалистов, которые знают эти отраслевые нюансы, и дальше обеспечить работу этой команды. И сейчас в этой должности этот опыт серьезно помогает.

- Я не слежу за политическими перипетиями в Карелии, но мне сказали, что вы некоторое время были в некой оппозиции к губернатору. И сейчас вы занимаете такой высокий пост. У вас что-то переменилось в сознании? Я понимаю, что всегда проще критиковать, чем взять бразды в свои руки и пойти работать.

- В сознании у меня ничего не поменялось. Я просто стараюсь объективно смотреть на вещи и трезво оценивать ситуацию. Да, в свое время я был в достаточно жесткой оппозиции и к Главе республики, и к правительству в целом.

Когда я стал директором Института экономики в 2013 году, с этого же года началось внедрение Стандарта деятельности органов исполнительной власти по улучшению инвестиционного климата, который был разработан Агентством стратегических инициатив. Для его внедрения был создан проектный офис при Министерстве экономического развития Карелии, а функцию общественного контроля осуществляла экспертная группа, куда входили независимые эксперты, предприниматели, представители экспертного делового сообщества. Мне предложили возглавить экспертную группу. Наверное, думали, что в качестве эксперта я буду достаточно лояльно относиться ко всем решениям. Но когда я посмотрел, что необходимо сделать, то ни о какой лояльности речи быть не могло. Необходимо было серьезно менять ситуацию в сфере инвестиционной политики. Когда мы начали этот мониторинг, появилось достаточно много вопросов, которые нужно было ставить достаточно жестко и добиваться их решения.

На самом деле я никогда не был сторонником голословной критики. Если выступаю с какой-то критикой, то выступаю как эксперт. Моя репутация будет поставлена на карту, если критика не будет ничем подкреплена. Поэтому критика, во-первых, была основана на мнении экспертного и делового сообщества. А во-вторых, критикуя, я вносил соответствующие предложения. Иногда приходилось прибегать к достаточно жесткой риторике. В том числе и на страницах СМИ. Кто-то эти предложения слышал, кого-то эта критика только раздражала. Поэтому постепенно и формировался образ оппонента.

Тем не менее, в конце концов, мы начали выходить на нормальный конструктивный диалог через различные мероприятия, круглые столы, встречи, консультации и т.д. Постепенно сближение произошло. А главное, что во властных кругах пришло понимание, что наша критика – это способ обратить внимание на наши предложения.

Одновременно, я придерживаюсь мнения, что если ты вносишь предложения по улучшению ситуации, то будь готов и сам впрячься в то, чтобы претворить их в жизнь. Поэтому предложение занять должность вице-премьера я принял как определенный вызов.

Многие отговаривали, говорили, что меня могут дискредитировать. Или же говорили, что это политически мотивированное решение. Сначала были некоторые опасения, но потом быстро понял, что от меня ждут лишь активной и честной работы. Кроме того, если я создавал какой-то критический фон, давал рекомендации, то отказаться от этой должности было бы большим минусом для моей репутации.

Сегодня не так все просто и гладко в республике и правительстве. Для меня обозначены два ключевых направления работы.

Первое направление – выстроить и систематизировать экономическую и инвестиционную политику. Здесь Глава Республики Карелия сделал полное обновление: меня пригласил на должность вице-премьера, а на должность министра экономического развития промышленности – Олега Арминена. Профессионала, который сам много лет проработал на руководящих должностях в промышленности и в банковской сфере. Сейчас идет формирование команды, некоего экономического штаба Правительства, и перезагрузка экономической, инвестиционной и промышленной политики в регионе.

Второе направление – это внутренние организационные изменения в Правительстве за счет внедрения методов проектного управления. Это сложная задача, поскольку требуется не только изменение большого числа нормативно-правовых документов, но и ломка традиционных принципов и регламентов работы чиновников. Сегодня уже весть пакет нормативно-правовой документации разработан, находится на согласовании. Не дожидаясь согласования, мы уже сегодня целый ряд задач «спустили» на проектное управление. Например, на основе проектного подхода разрабатывается комплексная программа продвижения продукции карельских товаропроизводителей.

В общем, дело сдвинулось с мертвой точки. Понятно, что ежеминутно ситуация не изменится. Я надеюсь, что к концу года нам удастся выстроить нормальную, понятную и прозрачную работу органов исполнительной власти с одной стороны, и перезагрузить экономическую политику, с другой стороны.

- Какие чувства у вас были после того, как состоялось утверждение на эту должность? Может быть радость или гордость? Например, в спорте победа – это победа. Но здесь же очень тяжелый пласт, который приходится решать. С одной стороны, должность очень высокая и, если дальше так пойдет, можно руководить и федеральными округами.

- Я каких-то ярких чувств не испытывал. Просто понимал, что впереди огромная работа и огромная ответственность. Я не считаю, что такая и подобная ей должность в системе государственного управления позволяет испытывать чувство победы, радости и удовлетворенности. Это огромный и фактический круглосуточный труд, который, к тому же постоянно подвергается довольно жесткой критике.

Сначала было определенное чувство растерянности, так как для меня, 20 лет отработавшего в науке – это совершенно другая деловая культура, другие требования, другие регламенты работы. Многое для меня было непонятным. Пришлось вникать в регламенты и разные положения. Даже такие элементарные вопросы возникали: каким образом запустить на согласование документ, какой порядок созыва совещаний и согласования чего-то. Поэтому пришлось сразу окунуться в работу.

Когда я пришел в Правительство, Глава дал мне два месяца на вхождение. Но по сути никаких двух месяцев не было, потому что уже на следующий день повалились документы и во все пришлось вклиниваться.

Кроме того, это не та должность, которая позволяет получать какие-то высокие доходы, позволяющие думать, что жизнь удалась. По сути дела, ту заработную плату, которую я получал, работая в науке, я получаю и здесь, поэтому в материальном плане я ничего не выиграл. Но ответственность выросла в разы, а свободного времени почти не осталось.

- Юрий Владимирович, у нас, в России в последнее время, появилась самая популярная игра под названием "Мафия". В нее играют все: депутаты, различного уровня чиновники, следственные комитеты, МВД, ФСБ, армия и флот. То есть, кто больше хапнет, кто больше принесет домой денег в коробках из-под обуви, тот и выиграл. В Карелии вы слышали про такие факты? Ведь все равно воруют?

- На самом деле, такие слухи и мнение, что все чиновники воруют, были всегда. И дальше никуда не денутся. Я не сомневаюсь, что есть люди, которые что-то делают для себя, пользуясь своим служебным положением, иногда попадаются, иногда не попадаются.

Таких вот открытых фактов я не знаю, у меня нет какого-то особого доступа к следственным материалам и так далее. Я точно так же узнаю из СМИ, когда вся эта информация всплывает.

Что касается меня, я никогда не жил напоказ, не имел больших денег, и думаю, что никогда и не буду иметь. У меня нет цели любую работу превращать в бизнес. Есть гораздо большие ценности, чем деньги – уважение, репутация. Я живу в самой обычной двухкомнатной хрущевке с семьей. Супруга – учитель в школе. Сын взрослый (19 лет) в университете учится. Родители в Сегеже всю жизнь проработали на Сегежском ЦБК. Сейчас – пенсионеры. Иногда денег не хватает, приходится помогать.

Поэтому для меня нет высоких внешних стандартов жизни, за которые можно было бы цепляться, используя свое служебное положение. Для меня важнее внутренние стандарты, самоуважение и удовлетворенность тем, что я делаю, и тем результатом, который достигаю. В этом плане я, наверное, остался ученым и творческой личностью. Думаю, дело в воспитании.

К слову, отработав в Карельском научном центре РАН почти 20 лет, я не имею каких-то высоких служебных наград или званий. И никогда к ним не стремился. Когда я уже перешел на нынешнюю работу, неожиданно мне через два месяца принесли почетную грамоту, подписанную президентом Российской академии наук. Поэтому для меня формальная денежная сторона не играет принципиальной роли.

- Юрий Владимирович, раньше было понятие «государева служба», то есть, работа тяжелая, неблагодарная, с народом, с людьми. Сейчас нашему поколению внушают, что образец народного представителя — это тот самый Юрий Венедиктович, это те самые депутаты, которые думают и от лица народа, и о народе, и за народ. Здесь возникает некий диссонанс. С одной стороны, государева служба должна быть тяжелой. Какие могут быть отдыхи в Карловых Варах и т.д.? А с другой стороны, вся московская и иная элита всем своим видом пытается показать, что так нужно жить, что в депутаты и в Госдуму, в законодательную власть идут люди именно за заработком. Для меня это неправильно. Я вижу прекрасно, как отработали мои родители, которые от государства ничего не получают, я вижу, как я пытаюсь жить, когда я не стремлюсь от государства ничего отжать, несмотря на то, что у меня трое детей. Я не бегаю обивать пороги и требовать себе что-то. У меня такой принцип. 

- У нас позиция во многом одинаковая. Я уже говорил, что я никогда не рассматривал уход в государственную службу как возможность улучшить свое материальное положение, скорее наоборот. Наоборот, для меня, как для ученого, много лет проработавшего в науке, лучший вариант улучшения материального положения был бы – остался в науке. Потому что сейчас там масса различных возможностей – проекты, гранты и т.д. Я в свое время достаточно много зарабатывал денег на консультационных услугах.

В моем багаже – больше ста бизнес-планов разработано для компаний. Заказов было достаточно много. Когда я пришел сюда, это все улетучилось – заниматься бизнесом здесь нельзя.

Я не могу сказать, что отношусь к государственной службе с чувством слуги государства или слуги народа. Это пусть депутаты себя чувствуют слугами народа, потому что непосредственно избираются народом. Передо мной при назначении на эту должность были поставлены вполне конкретные задачи. К этим задачам я отношусь как ученый. Они сложные, но именно это меня мотивирует. В республике сейчас сложное экономическое положение, нужно выходить на серьезные положительные результаты в экономике. Я к этому отношусь как к научной задаче.

Для меня эта сфера деятельности интересна теми задачами, которые мне надо решить. Если я их успешно решу, мне здесь станет не интересно. Тогда я просто спокойно найду себе применение в какой-то другой сфере. Мне не интересно стоить карьеру в какой-то одной сфере деятельности. Многие меня в этом плане не понимают. Но, честно говоря, я не вижу в этом проблемы. Считаю, что человек за время своей жизни должен попробовать разные ипостаси и разные направления работы. Если здесь мне удастся решить все поставленные задачи, посмотрю, что будет дальше. Может быть, это будет политика, может наука или бизнес.

 

Комментарии

  • Петро25.09.2016 | 21:25Ссылка
    Рано выеживаться перед прессой. Если ему не удастся решить поставленные задачи, государству и народу, за счет налогов которого он получает зарплатные бабки, будет не интересен он сам.