• EUR: 68,4703
  • USD: 64,1528

Метры до суда

04 февраля 2009 годаСкандал

Как тратятся «пенсионные» деньги.

С тех пор, как карельское отделение Пенсионного фонда переехало в центр Петрозаводска в новенькое здание на улице Кирова, много воды утекло. Однако история этого переезда до сих пор на слуху. Причем, чем больше времени проходит с момента новоселья, тем активнее обсуждается тема. То, о чем раньше шушукались вполголоса, сегодня уже говорится почти в открытую.

Обвинение в мошенничестве в особо крупном размере предъявлено Анатолию Шмаенику, директору «Саны» – той самой стройфирмы, которая грамотно «приходовала» в процессе стройки бюджетные миллионы.
Между тем, как нам стало известно, спустя 5 лет после завершения стройки этой историей заинтересовались и в российском Пенсионном фонде – проверяющих оттуда заинтересовало, как расходовались бюджетные миллионы при строительстве здания карельского отделения ПФР.

Точкой отсчета этой истории стал 2002 год, когда директор «Саны» Анатолий Шмаеник и управляющая местным Пенсионным фондом Наталья Вартанова подписали договор совместного участия в долевом строительстве офисного комплекса из двух блоков (зданий). Один из блоков по упомянутому договору должен был отойти «Сане», второй – Пенсионному фонду.

Уже после завершения строительства выяснилось, что блок здания по улице Кирова, 23, который сейчас занимает карельское отделение ПФР, обошелся его заказчику – Пенсионному фонду России – без малого в 38 миллионов рублей. В то время, как строительство соседнего, абсолютно идентичного «сановского» блока всего в 11 миллионов рублей. Об этом свидетельствует проведенная в рамках расследования уголовного дела детальная финансово-экономическая экспертиза. Естественно, все это не могло не заинтересовать и исполнительную дирекцию Пенсионного фонда России, откуда в Карелию недавно нагрянула проверка.

Проект госконтракта согласовали… до конкурса

Известно, что выбор подрядчика для строительства за бюджетные средства обычно должен происходить на открытом конкурсе, о котором заранее нужно сообщить в открытой печати. Однако, как установили московские ревизоры, проект государственного контракта на долевое участие в строительстве здания с ЗАО «Сана» карельское отделение ПФР направило на согласование в исполнительную дирекцию Пенсионного фонда России задолго до проведения отделением необходимых конкурсных процедур.

Выяснилось, что извещение о проведении открытого конкурса было опубликовано отделением на сайте информационной системы «Конкурсные торги» 7 апреля 2003 года. Между тем почти полугодом раньше управляющая отделением Наталья Вартанова «убедительно» просила свое федеральное руководство «принять положительное решение о выделении 37 млн. 795 тыс. рублей на долевое участие в строительстве административного здания в историческом центре Петрозаводска, в двухстах метрах от зданий Правительства РК и администрации города».

 

Вскоре та же Вартанова в очередном письме в Москву фактически уговаривала бывшего тогда исполнительным директором ПФР В.Прохорова рассмотреть проект договора все с той же стройфирмой «Сана», которая, говорится в письме, «настаивает на заключении именно договора простого товарищества (долевого участия) и категорически возражает против внесения в договор сведений о подряде». Подряд, следует вывод из письма Вартановой, «Сане» невыгоден.

С чего вдруг управляющая Вартанова озаботилась выгодами коммерческого предприятия, непонятно, но она открытым текстом написала: «Убедительно просим… принять во внимание доводы ЗАО «Сана» и положительно решить вопрос о финансировании указанного договора».

Как отметили в акте ревизоры, тогда же, в 2002 году, правовой департамент ПФР указал карельскому отделению на необходимость определить в договоре совместного строительства размер внесенных «Саной» вкладов в денежном выражении. Однако фактически это не было сделано. Почему?

Справедливости ради отметим: конкурс на строительство здания для тружеников пенсионного фронта все-таки проводился. Но как? Всего участников оказалось трое. ЗАО «Эска», одним из учредителей которого в 1994 году был гендиректор «Саны» Анатолий Шмаеник, документы на конкурс вообще не представило. Другая фирма, ЗАО «ПГСтрой», директором которой на тот момент являлся один из учредителей «Саны», документы представила не полностью, к тому же цена заявки была несколько подороже, чем у «Саны». В итоге победа, как ни крути, должна была достаться одному кругу лиц, и выигрыш «Саны» выглядел закономерным итогом этого междусобойчика.
Если верить протоколу заседания конкурсной комиссии, «Сана» представила на конкурс все необходимые документы. Однако дотошные московские ревизоры почему-то так и не нашли требующиеся для участия в нем ведомости объемов работ с указанием стоимости в текущих ценах, а также проектно-сметную документацию, включая локальные сметные расчеты и их экспертизы. Указанные условия, заключили ревизоры, не были выполнены ЗАО «Сана» на стадии участия в конкурсных процедурах и в последующем не были включены в государственный контракт. Значит, это кому-то было выгодно?

Восемь миллионов для фонда – «мелочь»?

История строительства здания пенсионного фонда до сих пор таит много неясных моментов. «Непонятки» начинаются уже с момента одобрения Пенсионным фондом России сделки с «Саной», предложившей карельскому отделению собственный недострой. Москва почему-то не проконтролировала свое же первоначальное указание относительно того, чтобы в договоре долевого участия была четко определена денежная сумма вклада «Саны». Теперь это позволяет фирме заявлять, что все делалось по договору, и никаких претензий к ней быть не может.
Строительство здания, которое ныне занимает карельское отделение ПФР, началось еще в 2002 году при долевом участии «Саны» и ее учредителей – двоих братьев Свидских. Когда год спустя «Сана» отказалась от дальнейшего строительства в связи с отсутствием финансирования, недострой был оформлен на братьев Свидских, по 1/2 доли на каждого. Связано это было, возможно, с тем, что налоги на владение собственностью для физических лиц существенно ниже, чем для юридических.

Спустя время, перед оглашением результатов конкурса, «Сана» выкупила у Свидских незавершенный объект за 20 миллионов рублей (правда, документов, свидетельствующих об оплате, ревизорам никто не представил и существуют ли они в действительности, неизвестно). При этом фактические затраты на строительство на момент продажи составляли всего около 5 миллионов рублей, о чем имеются соответствующие документы.
Тем не менее оценочная компания оценила недострой в четыре раза дороже, сославшись на то, что ранее с оценкой подобных объектов их фирма не сталкивалась и выполнить эту работу было непросто. Любопытно, что в отчете об оценке недостроя указано: содержащиеся в нем выводы основаны «на данных из вторичных источников и информации, представленной лицами, имеющими отношение к объекту оценки… Так как данные источники обычно считаются авторитетными, проверка полноты и точности этой информации не производилась». Вывод, что ни говори, странный. Получается, владельцам здания поверили на слово?

Как бы то ни было, 26 июня 2003 года Анатолий Шмаеник и Наталья Вартанова от лица своих организаций заключили договор долевого участия на строительство двух, по сути, идентичных блоков. При этом вклад пенсионного отделения составил почти 38 миллионов рублей. Материальным вкладом «Саны» явился оцененный в 20 с лишним миллионов рублей недострой.

Уже 3 октября 2003 года «Сана» в лице Шмаеника и братья Свидские внесли изменения в договор купли-продажи недостроя, который в этот раз был оценен гораздо дешевле, в 12 миллионов рублей. Если верить руководителям Пенсионного отделения, об этом существенном изменении «Сана» в известность их не поставила. Мол, поэтому не обратили внимания, что в документах продолжают фигурировать по-прежнему 20 миллионов рублей. Однако и младенцу должно быть понятно: если строительство долевое и вклад стройфирмы уменьшается на 8 миллионов, значит, и вклад Пенсионного фонда должен быть меньше?
К слову, за удешевление собственного недостроя «Сана» получила впоследствии значительные налоговые послабления. Правда, назвать это удачей для коммерческой организации язык теперь не поворачивается. Как известно, по следам этой схемы Анатолию Шмаенику предъявлено обвинение в уклонении от уплаты налогов в особо крупном размере.

Защитите от утечки информации!

Ревизоры из Москвы обнаружили и другие, вызывающие не меньше вопросов, моменты. В частности, факты щедрой выплаты карельским отделением ПФР денежных средств «Сане». Проверяющие отметили в акте, что доля пенсионного отделения по договору должна была быть «окончательной» и «не подлежащей изменению». Однако впоследствии карельское отделение фонда заключило дополнительные соглашения, повлекшие увеличение этой доли. Например, соглашение о выполнении «Саной» мероприятий по аттестации кабинетов управляющего на предмет защиты от утечки речевой информации на сумму 60 тысяч рублей, монтажу охранно-пожарной сигнализации на 200 с лишним тысяч рублей

Кроме того, было установлено, что отделение приняло и возместило «Сане» ее затраты на оплату услуг и работ по строительству «пенсионного» блока, выполненных… до заключения договора долевого участия. Причем «мелочности» строителей не устаешь поражаться. К возмещению были предъявлены, например, суммы, затраченные на разработку проектно-сметной документации и даже 4 тысячи рублей, потраченные на уже упоминавшийся акт оценки имущества, 500 рублей – за съемку местности и присвоение адреса.

Щедрое отделение также взяло на себя и затраты «Саны» по оплате электроэнергии во время строительства на общую сумму в сто с лишним тысяч рублей, тогда как, согласно законодательству, эти затраты должны включаться в накладные расходы строительной организации и дополнительной оплате не подлежат.

Как отмечено в акте, при строительстве здания пенсионного отделения расчеты стоимости каждого вида работ почему-то не производились. Таким образом, пришли к выводу проверяющие, «в связи с отсутствием проектно-сметной документации, в том числе сметных расчетов и актов выполненных строительно-монтажных работ... не представляется возможным определить фактическую стоимость строительства здания отделения».

На этом фоне уже не выглядит удивительным, что, несмотря на отсутствие в акте приемки здания ПФ информации о его фактической стоимости, Наталья Вартанова подписала бумагу без каких-либо претензий.
В своем пояснении к акту московских ревизоров Н.Вартанова и главный бухгалтер отделения Н.Леташкова ничего существенного, что опровергло бы выводы проверяющих, не сообщили. В нем нет ни объяснения, почему в договоре долевого участия не был указан денежный вклад «Саны», ни даже оценки вопиющего факта уменьшения стройфирмой стоимости собственного недостроя на целых 8 миллионов рублей.

«В связи с тем, что после ввода в эксплуатацию здание соответствовало нашим требованиям и пожеланиям по площадям, инженерному обеспечению и отделке, дополнительная проверка фактических затрат произведена не была», – пишут Вартанова и Леташкова.

Подобной наивности можно было бы только умиляться, если бы мы не знали, насколько опытным руководителем является Наталья Вартанова. Мог ли чиновник с большим стажем поверить кому-то на слово и что-то не проверить, когда речь идет о десятках миллионов рублей? Сомнительно.

Остается добавить – это давно уже не секрет, – что вскоре после заключения «выгодной» для ПФ сделки семья Натальи Вартановой въехала в просторный коттедж на улице Малой Слободской. Коттедж, кстати, также построен фирмой «Сана» и находится в двух шагах от здания Пенсионного фонда.

Предстоит разобраться

Конечно, многие подробности этой сделки предстоит еще выяснить суду. Например, какие именно работы выполняли во время строительства злополучного здания четыре питерские фирмы-субподрядчики – «Главстрой», «Циркон», «Техносфера», «Балтийский берег»? И вообще выполняли ли? По сведениям налоговых органов Санкт-Петербурга, во всех видах отчетности названных фирм суммы по сделкам с петрозаводской «Саной», включая строительство здания ПФ, не отражены. А ведь речь идет о миллионах рублей.

Покраска здания, якобы выполненная фирмой «Транскомплект» из Твери, судя опять-таки по «сановским» документам, осуществлялась в мае-августе 2004 года. Между тем в апреле сотрудники ПФ уже въехали в построенное здание и не помнят, чтобы после этого осуществлялась его полная покраска.
Более того, обнаружилось, что конкретного дома в Твери, в котором зарегистрирована «покрасочная» фирма, не существует вовсе. А некий гражданин Филиппов не является и никогда не был директором «Транскомплекта» (как указано в договоре, заключенном между «Саной» и названной фирмой). Гендиректором тверской фирмы является житель Санкт-Петербурга, а учредителем – некий гражданин, зарегистрированный и вовсе в Самаре.
Мы будем следить за ходом этого дела и о результатах обязательно информировать наших читателей.

Игорь БОРИСОВ.

 

Комментарии

    Блоги
    • Елена Пономарева, налогоплательщик

      Как добиться снижения налога на имущество физлиц. Личный опыт.

    • Николай Габалов, журналист, блогер

      Вместо того, чтобы покупать кусок металла, который будет мало использоваться, можно платить за услугу, только когда она нужна.

    • Максим Тихонов, журналист

      Чем теперь будут заниматься все те высокооплачиваемые государственные и муниципальные служащие, которые всю жизнь занимались истребованием у нас этих справок?

    • 1
    • 2
    • 3