• EUR: 68,2458
  • USD: 63,3901

Десять лет позора

21 мая 2009 годаОбщество

Бывшие оккупанты оказались милосерднее современных чиновников.

Бывшие узники фашистского концлагеря в Заонежье вот уже десять лет отчаянно борются с судебно-бюрократической машиной, которая жестоко, методично, планомерно пытается доказать пожилым и больным людям, что у них нет прав на звание «узника» и положенные по закону льготы. Старикам то дают статус несовершеннолетнего узника концлагеря, то вновь его отбирают.

Докажи, что ты узник

Усердная борьба бюрократов против стариков привела к поразительным результатам. Сегодня в одной семье, которая в годы войны побывала в оккупации в Заонежье, один член может иметь статус, а другой, хлебнувший такую же горькую чашу войны, статуса лишен.
На протяжении последнего десятилетия люди отчаянно пытаются доказать, что они имеют право на звание «бывшего малолетнего узника», которое дает небольшую прибавку в 3 тысячи рублей к пенсии.

Для многих пенсионеров, которые сегодня едва сводят концы с концами, прибавка, эквивалентная 100 долларам США, имеет принципиальное значение. Но порой возникает чувство, что для карельских чиновников и руководства отделения Пенсионного фонда России по РК не отдать эти деньги людям стало почти делом чести.
Если бы не Верховный суд России, то шансов добиться правды у карельских пенсионеров, наверное, не осталось бы.

Летом прошлого года высшая судебная инстанция страны отменила решение Верховного суда Карелии и направила на новое рассмотрение дело, касающееся присвоения статуса узника жительнице Карелии Таисии Тихоновой.
Это дело может стать показательным. В процессе судов Таисии Тихоновой удалось получить документы, которые позволяют по-новому взглянуть на судебные дела многих ее товарищей по несчастью.

Новое рассмотрение

14 мая в Петрозаводском городском суде состоялось заседание, на котором было рассмотрено заявление Таисии Тихоновой, настаивающей на пересмотре прошлогоднего решения городского суда, отказавшего пенсионерке в присвоении статуса БМУ.

На суд пришли не только бывшие узники концлагеря в Заонежье, но и депутаты карельского парламента, выступившие на стороне пенсионерки. Член республиканской комиссии по правам человека Галина Погудалова эмоционально, но довольно точно поставила диагноз происходящему: «Десять лет в республике происходит глумление над стариками».

В июле 2008 года Петрозаводский суд отказался признать факт существования на территории Заонежья концлагеря. Тихоновой неоднократно отказывали в присвоении статуса на том основании, что в силу малолетнего возраста оккупанты не могли заставить ее трудиться. А раз она не трудилась, значит, и статуса ей не положено. Кстати, у Таисии Тихоновой жива младшая сестра, которая статус узника имеет.

Таисия Тихонова с адвокатом Ольгой Рыбаловой добились через Верховный суд России отмены постановления Минтруда и социального развития РФ в части, позволяющей карельским чиновникам отказывать гражданам, которых не привлекали к принудительному труду в концлагерях. По словам Ольги Рыбаловой, ученые не только Карелии, но и Финляндии давно признали, что все Заонежье было превращено фашистскими оккупантами в карательный лагерь, куда согнали жителей полуострова. Проведенное хельсинкским институтом Йохана Бэкмана исследование не оставляет никаких сомнений в том, что пережившие ужасы оккупации жители Заонежья имеют полное право на статус узника.

Оккупант подтверждает

Исследование, проведенное институтом Бэкмана, не оставляет камня на камне от непоколебимой позиции, занятой руководством карельского отделения ПФР, где убеждены, что ни о каком концлагере в Заонежье не могло быть и речи. Руководитель отделения ПФР по РК Наталья Вартанова неоднократно заявляла об этом публично, чем снискала себе среди узников дурную славу.

А вот мнение финских исследователей, которые, кстати, опираются на свидетельские показания бывшего оккупанта, подполковника финской армии Хельге Сеппяля. История появления заонежского лагеря связана с расстрелом весной 1942 года около 10 финских солдат на льду Онежского озера. Оккупанты обвинили в этом жителей Заонежья и в качестве устрашения основали карательный концлагерь.

Как утверждают финские ученые, речь шла о неофициальном концлагере. «Тем не менее условия содержания в заонежском концлагере были более жесткими, чем в петрозаводском концлагере», – зафиксировано в официальном документе.

Но в карельском отделении ПФР отказываются верить ученым. На суде позиция и пенсионного фонда, и центра социальной работы Петрозаводска, который напрямую подчиняется карельскому министерству здравоохранения и социального развития, осталась неизменной – Таисия Тихонова не имеет права на статус и основания для пересмотра дела нет.

Тем не менее суд решил вернуться к рассмотрению проблемы. В конце мая суд в очередной, Таисия Александровна уже сбилась, в который по счету, раз вернется к событиям 1942-1944 годов, чтобы решить – положен женщине статус бывшего малолетнего узника или нет.

Экономим по живому

Для того, чтобы понять всю мерзость ситуации, достаточно один раз побывать на суде и поговорить с пожилыми женщинами, которые не могут сдержать слез от унижений, которые им приходится переносить спустя столько лет после войны.

Специалисты отделения ПФР по РФ и карельские чиновники объединились в едином порыве. Цель одна – не позволить пожилым людям получить дополнительно прибавку к пенсии. Лично мы не сомневаемся, что вся проблема только в деньгах. Если бы не дополнительная финансовая нагрузка, то воевать с пенсионерами никто бы не стал. Но от этого на душе становится еще противнее. Достаточно взглянуть на величественные здания пенсионного фонда, торжественно возвышающиеся по всей стране, чтобы понять, откуда должна начаться экономия.

Адвокат Ольга Рыбалова, на протяжении многих лет пытающаяся отстоять права жителей Заонежья, рассказала, что один из сотрудников отделения ПФР по РК, который несколько раз был вынужден защищать интересы фонда в суде, психологически не выдержал и уволился из этой организации. И его легко можно понять. Намного сложнее понять других, облеченных властью граждан, так упорствующих в своем желании отгородиться от чужой беды.
Рыбалова, которая знает многих узников Заонежья, рассказала, что для некоторых из стариков прибавка к пенсии в три тысячи рублей – это возможность немного лучше питаться. «Эти люди и раньше голодали, и сейчас вволю поесть не могут», – говорит она.

В Карелии пытаются отстоять свои права около 250 бывших малолетних узников. Даже после 10 лет бесконечных хождений по инстанциям и судов они не потеряли надежду и продолжают бороться за правду. Но на карельской земле ее, похоже, отыскать непросто.

Людмила ЖУРАВЛЕВА.

 

Комментарии