• EUR: 68,4703
  • USD: 64,1528

Жить легко?

17 марта 2011 годаОбщество

«МК» побывал на встрече анонимных алкоголиков и наркоманов

«Быстрей! Быстрей! Леха, шевелись, надо успеть до 11!» - отталкивая других покупателей, мимо очереди проносятся двое мужчин с бутылкой водки в руках. И так – каждый вечер, признаются продавцы в супермаркетах. Эта картина наглядно подтверждает неприятную действительность: Карелия все так же прочно занимает первые позиции по количеству людей, страдающих от алкоголизма среди всех российских регионов. Здесь, начиная с 1990 года, число больных алкогольным психозом возросло в 4 раза. Бороться с проблемой вроде пытаются, но выходит очевидно плохо. «Кодировщики – не то, наркологи – тоже. Они могут вылечить, но не могут объяснить, как жить здоровым без алкоголя», - говорят зависимые. Поэтому они нашли свой оптимальный выход выздоровления – группу Анонимных Алкоголиков «Veslavo».

Она улыбается
 
Кате Пегасовой 37 лет. У нее мягкие светлые кудри, глаза цвета неба и широкая, открытая улыбка. Все это ни за что не выдаст окружающим ее секрет: всего 6 лет назад эта женщина, буквально светящаяся добром, жила в жутком алкогольном аду.

– Я как будто была мухой, которая долго бьется в толстое стекло и, в то время как соседняя створка окна открыта, никак не может найти выход, – рассказывает Катя. – Я родилась в деревне и начала пить с 13 лет. Потом развал Союза, университетское общежитие с его веселыми студенческими компаниями… Алкоголь – это русская рулетка: никогда не знаешь, в кого выстрелит. Начав употреблять, кто-то спивается, кто-то нет. Зависит ли это от генов? Возможно. Мне не повезло. Пьянка за пьянкой, наркотики и алкоголь превратились в мою единственную цель.
«Цель» выместила собой все, что было в жизни Кати: семью, друзей, работу. С жизненного пути безжалостно удалялось все, что мешало пить.

– Одиночество вокруг меня было тотальным, – Катя рассказывает об этом так спокойно, как будто рассуждает о живописи. – Зачем нужно было общаться с близкими? Чтобы они видели, во что я превратилась? Рассуждая таким образом, я так отвыкла от людей, что даже боялась выйти на улицу. Единственные, с кем я встречалась, были мои собутыльники. Эти люди всегда говорили и делали одно и то же. Я могла расписать вечер как пьесу: кто на какой рюмке что скажет. Заезженный сценарий иногда менялся в зависимости от здоровья актеров.
Произнося последнюю фразу, Катя взрывается хохотом. «Ой, что-то так смешно стало вспоминать», – приговаривает она и вскидывает руки. От этого веселья – или страха возвращаться к той жизни, хотя бы в воспоминаниях, – становится жутко.

– Потом мои «друзья» постепенно начали выходить из игры. Трое умерли от туберкулеза, это в XXI-то веке; четвертый разбил голову, упав на лестнице; с пятым случился сердечный приступ, шестой скончался от панкреатита. Еще двое сели за распространение наркотиков, а пятеро – повесились. Каждое известие проносилось, словно упавший в нескольких сантиметрах от моей головы кирпич. Я ходила по краю. Я тоже думала о самоубийстве. Каждый алкоголик, если он не живет на помойке и хоть как-то, худо-бедно, социализирован, думает об этом, потому что смерть – это легкий уход.

Мысли о смерти толкнули к действию: Катя закодировалась. В бумажке, данной ей кодировщиком, было написано примерно следующее: «Хоть раз выпьешь в следующие полгода – умрешь». Катя продержалась 4,5 месяца. «Лучше сдохнуть, чем не пить», – решила она и ушла в непробудный запой с весны до осени. В сентябре очнулась и поняла, что теперь действительно умирает. В этот раз на помощь пришла газета бесплатных объявлений. Взгляд споткнулся о короткое объявление, затерянное среди десятков других предложений: «Если у вас проблемы с алкоголем, возможно, мы поможем вам».

– «А-а-а, вот это наш человек пришел, сразу видно!» – сказали мне, как только я открыла дверь на собрании анонимных алкоголиков, которые и предлагали помощь. Я опешила, села напротив и прямо спросила: «Почему я жру?». «Ты больна», – был ответ. А я не знала, что больна. Я думала, что я просто много пью. Сейчас я понимаю: никто не хочет постоянно заливать в себя водку. Даже алкоголики. Это ненормальное желание. Вы сами-то подумайте?! Вспомните, как вам тяжело на следующий день после того, как вы хорошо отпраздновали день рождения. А каково три дня находиться в состоянии запоя?! Это же тяжелейший физический труд. Люди пьют не потому, что они хотят, а потому, что они не могут по-другому. Общество воспринимает алкоголиков как безвольных, но на самом деле они – больны. Реально больны.

С приходом в группу анонимных алкоголиков (АА) Катя бросила пить. Специальная 12-шаговая программа, разработанная алкоголиками, и, самое главное, опыт и поддержка товарищей по несчастью сделали то, чего не смог ни один нарколог и кодировщик.
– Неужели все так просто, Катя? И после стольких лет зависимости завязать не тяжело?
– Тяжело было умирать. А жить легко. Мне все сейчас легко.
Она щелкнула пальцами и улыбнулась.

Как Высоцкий

– Привет всем. Меня зовут Артем, я алкоголик и наркоман.
Форум группы анонимных алкоголиков «Vesvalo», 12 марта, одна из загородных турбаз. Именно эта группа когда-то дала надежду не только Кате, но и другим зависимым. Подобное приветствие участников звучит как мантра. Оно повторяется каждым присутствующим, вне зависимости от его «срока трезвости» – месяц, полгода или 34 года. Причина проста: в один из 12 шагов, которые должен пройти каждый, чтобы покончить с алкоголизмом, в первую очередь входит признание собственной болезни, как считают сами весваловцы, неизлечимой. Всем известная психология.
Конференц-зал с персиковыми стенами и лиловыми занавесками, в котором должно состояться так называемое «большое собрание», то есть фактическое открытие форума, встречает разноцветными воздушными шарами и картинами с нежными лилиями. Между рядами носится радостный до полубезумия пес с языком набок. Все стулья и «стоячие» места у подоконников и стен заняты людьми разного возраста, социального положения, статуса и даже национальности. Их объединяет одно: каждый улыбается.

Собрание анонимных алкоголиков? Скорее, вечер встреч выпускников или просто старых друзей.
– Эй, Настя! Я тебе место занял! – с места вскакивает мужчина и приветливо машет мне. Его зовут Саша, ему около 45, мы познакомились по пути на базу. Саша – наркоман со стажем. Через пару часов на малой группе он признается: ради дозы воровал, нападал на людей, бомжевал, насиловал.
– Здорово здесь, правда? Столько людей… Не могу быть один, – с ходу признается он и начинает рассказывать о жизни. – Я был конченым 15 лет назад. Анонимные алкоголики меня спасли – не пермские, где я живу, а петрозаводские. Те слишком равнодушные.

Саша считает, что люди начинают употреблять спиртное потому, что хотят реализоваться и (или) выделиться. По его словам, цепочка следующая: школа – марихуана для «взрослости», университет – кокаин для соответствия статусу золотой молодежи, взрослая жизнь – героин, уже из-за дешевизны.
– Посмотри вокруг. Здесь все были лидерами, им указывали, как жить, когда они хотели блистать. Vesvalo посещают самые различные социальные слои – бедняки, бомжи, судьи, адвокаты… Думаешь, дело в слабости и отсутствии силы воли? Да, возможно, но только потом, когда интерес и «что-то новое» перерастет в зависимость. Ковырять себя иглой начинают только сильные люди. Высоцкий, что, тоже слабым был?

Из зависимости в другую

Все участники АА не только, как утверждает Саша, сильны, но и крайне открыты. Все они – от основателя форума vesvalo.net, алкоголика Сережи, до самого молодого участника, двадцатичетырехлетнего наркомана Никиты – готовы с легкостью рассказать свои непростые истории. Единственный вопрос, на который они затрудняются дать ответ: почему механизм работы общества АА настолько действенен, что все наркологи по сравнению с ним остаются бессильны.

Феномен мне может объяснить лишь Гоша, дедушка, похожий на Иисуса. Он пил 36 лет. Алкоголь принес всякое: разводы, полное отсутствие денег, регулярные приводы в милицию, бомжевание… Сейчас его «стаж трезвости» – больше 15 лет, и он директорствует в одной из коммерческих организаций города.
– Алкоголику может помочь только алкоголик, – объясняет Гоша. – Врач живет на работе, и в его силах – максимум вылечить пациента медикаментозно. Он не понимает, что действительно нужно зависимому, а именно: как научиться быть трезвым. Все это объясняем друг другу именно мы.
– Здесь могут достать из любой бездны. Я – наглядный тому пример, – продолжает рассказывать он. – Я начал пить в 8 лет. Тогда родители наливали мне и смеялись, глядя, как я пьянею. Потом было военное училище, где 20 крепких армейских солдат научили меня и моих друзей пить «правильно». Ну а дальше – вниз по наклонной. Я развелся, жить было негде… Ночевал или в вытрезвителе, где мне менты были родной семьей и даже чай наливали, или в старом подвале. Туда я залезал через маленькое окно: других выходов не было. Однажды случилось страшное: кто-то, видимо заметив, что я, бомж, ошиваюсь у этого окна, заложил его кирпичом. Я в это время спал внутри. Проснулся, хотел выйти – и чуть не умер от страха, поняв, что единственный выход остался за толстой стеной из цемента. Ну, думаю, умирать мне здесь, в вонючем подвале. Но меня спасло то, что я родился и жил в Советском Союзе, где даже цемент с кирпичом были отвратительного качества. Расковырял палкой и вышел наружу. Через некоторое время нарколог поставил на мне крест. Так и сказал: «Вам нет смысла помогать, ставить спираль или еще что-то…». Но я-то сейчас здесь, с вами на форуме! Это потому, что мне алкоголики объяснили, как перестать быть чемпионом по прегрешениям.

Несмотря на то, что Гоша давно больше не нуждается в помощи, он все равно регулярно ходит на встречи АА. Объяснение этому дает следующее: он чувствует ответственность за других, молодых, вновь пришедших зависимых и считает, что, однажды получив помощь, ты должен отдать ее с лихвой. Смерти сорвавшихся алкоголиков это желание только укрепляют. Так, в обществе недавно, с разницей в полгода, умерли два брата. «Честности перед собой не хватило», – вздыхает Гоша.

Но если часть участников группы, обычно старейших, продолжает посещать собрания из благодарности, то другая делает это по жесточайшей необходимости. Одна зависимость плавно перетекает в другую: некоторые бывшие алкоголики и наркоманы уже не могут без групп и собраний, потому, как признается молодая девушка Люда, приехавшая из Питера, в голове «начинает происходить что-то такое». Вся ее жизнь теперь состоит из поездок: она тратит все свободное время на то, чтобы посетить форумы АА в России, Литве, Белоруссии, Украине, Латвии.
– Только тепло встреч и знакомств может спасти меня от этого ужаса. Я просто не могу быть одна, – говорит Люда.

Анастасия Садовская,

«МК» в Карелии»

 

Комментарии

  • Марина20.03.2011 | 09:54Ссылка
    Вот бы в каждом Карельском городке открылись такие клубы. Власть ведь действительно ничего не делает, а люди спиваются, теряют семьи. Очень хорошая статья, чиновники-задумайтесь, сколько можно всё под себя грести?
  • Ирина18.03.2011 | 11:26Ссылка
    Очень хороший материал.
Блоги
  • Елена Пономарева, налогоплательщик

    Как добиться снижения налога на имущество физлиц. Личный опыт.

  • Николай Габалов, журналист, блогер

    Вместо того, чтобы покупать кусок металла, который будет мало использоваться, можно платить за услугу, только когда она нужна.

  • Максим Тихонов, журналист

    Чем теперь будут заниматься все те высокооплачиваемые государственные и муниципальные служащие, которые всю жизнь занимались истребованием у нас этих справок?

  • 1
  • 2
  • 3