• EUR: 68,4703
  • USD: 64,1528

Раздел имущества

14 апреля 2011 годаОбщество

Письмо к президенту как способ получить чужую квартиру

Если Кондопога, то беспредел. Эта схема прочно закрепилась в умах тех, кто живет за пределами Карелии. То, как в 2006-м маленький, спокойный город несколько дней сотрясали массовые беспорядки, забыть, видимо, непросто. Поэтому даже по прошествии пяти лет всего одно более-менее громкое заявление о царящих в городе притеснениях может снова заставить мелькать по центральному телевидению кадры с уютными кондопожскими улицами. Видеообращение к президенту Светланы Шаповаленко, вновь заставившее всю страну обернуться на Карелию, – яркое тому подтверждение. Слава кондопожской предпринимательницы оказалась заразительной. Вполне предсказуемо, что дух идейного бунтаря, самоотверженного борца с коррупцией и ментовским беззаконием подтолкнул жителей Карелии на новые обращения к президенту.

Семеновы

«Уважаемый господин президент! Меня зовут Владимир Семенов. Я хочу рассказать вам о деградации кондопожской полиции», – так начинается очередное видеообращение к Медведеву, которое появилось в интернете вслед за роликом Шаповаленко. В нем ветеран боевых действий в Чечне сбивчиво рассказывает о том, как «престарелый друг его семьи», 70-летний инвалид Олег Запольский лишился собственного жилья «из-за мошенничества нотариуса сомнительной репутации Натальи Филатовой». Вместе с Филатовой, по словам Семенова, в «отбирании» дома у одинокого старика также виновны: «бездействующая» прокуратура Кондопожского района, лейтенанты кондопожской полиции Пчелкин и Виноградов, начальник РОВД Кондопоги Красовский и вообще вся кондопожская полиция в целом, которая «не защищает законные интересы граждан от действий мошенников, а покрывает преступников». Свою же роль в этой драме Семенов объясняет исключительно благородными порывами: он «не мог дать старика в обиду и помог ему».

В реальности эта история выглядит несколько иначе. Все главные претензии отзывчивых Семеновых – Владимира и его супруги Ольги, – порывающихся вернуть дедушке квартиру, в первую очередь, адресованы не к «загнивающей коррумпированной системе», а к внучке инвалида Запольского, Екатерине Усольцевой (имя изменено. – Прим. авт.). Именно ее составители видеообращения считают главной мошенницей, укравшей дом у собственного деда. В общем, история, со слов Семенова, выглядит следующим образом.

В 2009 году Олег Запольский полез на крышу своего дома, чтобы починить сломанную антенну, и упал. Травма оказалась серьезной и стоила 80-летнему мужчине трети ноги. После ампутации в больницу к Запольскому зачастили вспомнившие про деда родственники: сводная сестра, бывшая невестка и, наконец, внучка Екатерина Усольцева. Причина их появления кажется Семеновым донельзя заурядной: лечащий врач дедушки сказала, что, учитывая возраст больного, полученная травма может стоить ему жизни. Родственники всерьез обеспокоились. В случае смерти дом достался бы сыну Запольского, Андрею, который, будучи человеком пьющим, за бутылку водки с легкостью распродал бы имущество до последнего гвоздя.

Выход был найден – в оформлении доверенности на имя Усольцевой. Заветный лист бумаги позволял молодой женщине стать представителем Запольского во всех учреждениях, распоряжаться его банковскими счетами и по своему усмотрению продать дом, ему принадлежавший. Что, собственно, и сделала Усольцева. Документы оформляла нотариус Филатова.

Следующее место, где оказался Запольский после выписки из больницы, был реабилитационный центр для инвалидов в поселке Гирвас. Именно оттуда его и забрали Семеновы, которые, как рассказывают, были очень удивлены и обеспокоены тем, что знакомый их семьи при наличии собственного дома оказался на социальной койке. Они сразу смекнули, что с домом что-то не то, сделали выписку из госреестра и узнали, что жилье, действительно, продано. Вместе с сыном Запольского, Андреем, они решили забрать дедушку к себе домой.

Именно так, с жаром уверяют Семеновы, и выглядит эта гнусная история.

По возвращении из Гирваса все дела беспомощного старика перешли в руки Семеновых: после того, как Запольскому втолковали, что дом продан, он тут же переоформил доверенность на Ольгу, супругу Семенова.

– Лично нам ничего не надо. Пусть все вернут деду, и он заживет спокойно. Я потом еще на нашу полицию подам иск: главное, чтобы правда была, – возмущается Владимир.

Его поиск правды вылился в четыре заявления о возбуждении уголовного дела в отношении Усольцевой и, в конечном счете, в видеообращение к президенту. При этом с родственниками Запольского, которые к тому же сняли всю наличность с банковских счетов дедушки, он даже не пытался разговаривать: говорит, не видит в этом смысла. Зато смысл, как считает Семенов, есть в записи обращений, записанных как под копирку.

Неделю назад семья сняла еще одно видео. Разница с предыдущим – только в том, что теперь «произвол властей» разоблачает сам Запольский. Старик, отчеканивая каждое слово, кажется, готов бороться за свой дом до конца. Но это только кажется.

Запольский

Ветеран труда и инвалид Олег Запольский сидит на диване и смотрит телевизор. Ольга Семенова, пустившая журналиста в комнату Запольского, закрывает за собой дверь. «Здорово, – думается, – не будет направлять ход беседы и указывать старику, что говорить». Но радоваться рано. Дедушка очень плохо слышит, разговор получается громким.

Говорит о своих бедах Запольский с неохотой.

 – Че тут рассказывать? У меня вот видите, – он показывает на ноги. Одна – обычная, другая – неестественно тонкая, аккуратная. Протез.

– Вот так вот. Дослужил, как говорится, – он рассматривает свои ладони, на которые вдруг падает слеза. – Я не подписывал доверенность внучке. Когда я лежал в больнице, она и невестка с мужем разве что привозили мне в больницу продукты.

Внезапно в дверь просовывается голова Ольги Семеновой.

– Это он не то говорит. Это он про дом престарелых в Гирвасе, – сообщает она скороговоркой и исчезает.

– Гирвас, да… – вяло подхватывает Запольский. – Там мне было хорошо. До этого мы с сыном неважно жили. Он то пьянствовал, то все продавал – телевизоры, машинки… От дома остались лишь голые стены. Поэтому мне выхлопотали место в доме отдыха. Невестка с мужем помогли переехать. Знаете, мне мой дом абсолютно не нужен. Я должен его просто достроить и куда-то деть. Посвятить кому-нибудь. Самому-то мне куда? Первая группа все-таки.

В комнату вновь врывается Семенова.

– А вы тут долго еще? У дедушки давление может подняться.

Глядя на снова захлопнувшуюся дверь, Олег Иванович снова вытирает слезы и подводит итог.

– После этого я – туда, – и кивком указывает вниз. – Тряханет, да и все. Считанные дни остались.

Усольцева

У Екатерины Усольцевой – своя версия произошедшего. 

– Я не могу понять, откуда взялись эти люди. По всей видимости, они заинтересовались дедушкой, когда осенью сын Олега Ивановича, мой отец, будучи пьяным, «продавал» дом, ему не принадлежавший. Репутация Семеновых как тех людей, которые «работают» со стариками, говорит сама за себя. Когда они забрали дедушку, мой дядя пытался с ними поговорить. Приехав к Семеновым домой, он увидел, что у них еще сидит какая-то бабушка. Потом она сбежала. В милиции сказали: «Молодец, бабуля».

По словам Усольцевой, до встречи с Семеновыми их отношения с Запольским были именно такими, какими должны быть у дедушки и внучки. Они вместе с другими родственниками помогали Олегу Ивановичу до и особенно после ампутации. Привозили продукты, нанимали сиделок, готовили, занимались домом, снимали квартиру, когда сын Запольского в очередной раз его избил, наконец, искали варианты размена его дома. Об этом он чуть ли не слезно молил сам: с пьющим Андреем было жить тяжело.

Для размена оформили доверенность на внучку. Поиски раздельного жилья для отца и сына не увенчались успехом, ведь деревянный дом был 1967 года постройки. К тому времени социальный работник предложил Запольскому на пять месяцев переехать в реабилитационный центр для инвалидов в Гирвас. Вот тогда-то и объявились Семеновы.

– Момент, видимо, был выбран очень тщательно: сестра дедушки была в Москве, я в роддоме. На следующий день после моей выписки я узнала, что дедушку забрала какая-то «внучка». Какое-то время мы даже не знали, жив он или нет, и не могли его найти. Затем через отделение соцзащиты удалось выйти на Семеновых, которые нас, естественно, выгнали, сказав, что вопрос посещения – решать только через милицию. К тому моменту дедушка уже оформил генеральную доверенность на Семенову.

Екатерина Усольцева вместе с сестрой Запольского написали заявление о мошеннических действиях Семеновых в полицию. Там заявление приняли, но сказали: «Мы созданы не для того, чтобы устраивать здесь семейные встречи и выяснять отношения». Опросили свидетелей и вынесли отказ в возбуждении уголовного дела. С этого момента все остается на своих местах. Запольский живет у Семеновых и передвигается только под их конвоем, а Усольцева терпит их оскорбления, угрозы типа «мы знаем, где у вас машина стоит» и молчаливо переживает.

– Недавно я случайно встретила дедушку на улице, когда он прогуливался вместе с Семеновыми. Я очень хотела с ним поговорить, объясниться, спросить, почему он так зол на меня – ведь в «проданном» доме сейчас живет его сын Андрей, они оба там прописаны, никто их из дома не выгонял. Я сделала все так, как он сказал сам, чтобы защитить его же имущество. Но Семеновы накинулись на меня, начали кричать, снимать на камеру и увели дедушку в дом. Я проплакала весь день. Мне самой это очень тяжело, я готова все вернуть. Но кому? Семеновым? Как вернуть все дедушке, чтобы это не попало в лапы этих людей?

На вопрос, почему Усольцевы не взяли Запольского к себе, Екатерина отвечает: «Не было возможности». Ее семья – муж, дети, один из которых грудной, и 83-летняя бабушка по материнской линии – живут в небольшой квартире. Сестра Запольского тоже не смогла в силу разных причин. А потом сказала, что не хочет быть опозорена Семеновыми на весь город.

На прошлой неделе Владимир и Ольга Семеновы все-таки добились своего.

– Поскольку в показаниях свидетелей имеются противоречия, которые не представляется возможным устранить в ходе доследственной проверки, было принято решение о возбуждении уголовного дела по факту мошеннических действий в отношении Запольского, – сообщила Елена Рыжова, следователь Следственного управления при МВД по РК.

Теперь выяснять, кто прав, а кто виноват, кто мошенник, а кто нет, будет следствие. При этом совершенно очевидно: даже его справедливое, законное решение, если таковое будет вынесено, вовсе не гарантирует восторжествование социальной справедливости. Запольский очевидно путается в показаниях. Он не в состоянии отделить реально происходившее от внушенного людьми, не отходящими от него ни на шаг. При этом упорство Семеновых, готовых добиться своего любыми способами, позволяет предположить, что они не бросят свою цель просто так. Они запишут еще третье, четвертое, пятое, шестидесятое видеообращение к президенту – только бы Запольскому вернули дом. Дом, в котором потом он заживет долго и счастливо.

 Анастасия Садовская,
«МК» в Карелии».

 


 

Комментарии

    Блоги
    • Елена Пономарева, налогоплательщик

      Как добиться снижения налога на имущество физлиц. Личный опыт.

    • Николай Габалов, журналист, блогер

      Вместо того, чтобы покупать кусок металла, который будет мало использоваться, можно платить за услугу, только когда она нужна.

    • Максим Тихонов, журналист

      Чем теперь будут заниматься все те высокооплачиваемые государственные и муниципальные служащие, которые всю жизнь занимались истребованием у нас этих справок?

    • 1
    • 2
    • 3