• EUR: 62,0440
  • USD: 56,9838

«Надо, чтобы плохие дороги стало невыгодно делать»

05 апреля 2017 годаОбщество

 Региональное отделение Общероссийского народного фронта грозит неприятностями за плохие дороги как дорожным компаниям, так и карельским чиновникам.

 

 

Федеральный интерактивный проект Общероссийского народного фронта «Дорожная инспеция/Карта убитых дорог», стартовавший совсем недавно, не только поможет сформировать базу данных самых неблагополучных участков, но и даст активистам дополнительный повод спросить с властей за потраченные на ремонт деньги. При этом общественники собираются не только обязать чиновников следить за сайтом, где каждый желающий может отметить плохую, по его мнению, дорогу, но и напомнить им об ответственности с помощью правоохранительных органов. По крайней мере, такие заявления прозвучали в прямом эфире «Радио России-Карелия» от куратора проекта в регионе, члена карельского штаба ОНФ Юрия Смирнова (далее – Ю.С.) и активиста карельских «фронтовиков», эксперта-дорожника Виталия Федотова (далее – В.Ф.).

Публикуем фрагменты обширного интервью, посвященного проекту и, соответственно, проблемам карельских дорог.

- Как сообщается на официальном сайте проекта, на начальном этапе реализации главным инструментом станет сайт, нацеленный на выявление приоритетных дорог для проведения ремонта. А что дальше?

Ю.С.: Дело в том, что проект не совсем краткосрочен. Он будет действовать и в этом, и в следующем году. Если в этом году какие-то дороги уже выбраны для ремонта, то в следующем году мы обязательно сверимся с властью – как они отреагировали на заявления граждан, что они сделали по этим заявлениям. А в следующем году, я думаю, ремонт потребуется и новым дорогам.

- Когда ОНФ представлял проект в ТАСС, было отмечено, что активисты до конца осени посетят с проверкой дорог все регионы России. Может, уже известно, когда они заглянут к нам в Карелию?

Ю.С.: В мае ожидается приезд руководителя этого проекта, Александра Васильева. Он курирует проект, объезжает всю страну, в мае будет у нас. Он был у нас полтора года назад, тоже не очень был доволен нашими дорогами, особенно его впечатлила грязь на улицах Петрозаводска, неубранный песок. После этого что-то стало меняться.

- Тем не менее, полтора года прошло: приедут активисты, посмотрят. А дальше-то что?

Ю.С.: А дальше будут оргвыводы, в самом прямом смысле. Давайте вспомним проект расселения ветхого жилья. Чем он обернулся для власти, вы помните? Если чиновники поведут себя точно так же, то, возможно, неприятности будут у новой власти.

В.Ф.: Я хотел бы добавить. Выражать свое мнение можно по-разному: когда-то были лозунги («Какая власть, такие и дороги»). Кто-то выходил на дорогу, каким-то цветом обозначал эти ямы, люди выражали свое мнение. Этот проект уникален тем, что при его создании мы старались сделать работу последовательной. Первое: собрать информацию, чтобы жители не были в стороне от тех дорог, которые мы видим на сегодняшний момент. Чтобы они могли участвовать, потому что, разговаривая с людьми, особенно в районах Карелии, мы сталкивались с тем, что люди всегда спрашивали: а кто же составляет планы строительства и ремонта дорог, почему не учитывается это мнение? Это может быть очень важный этап, сегодня мнение будет видно на карте, а дальше надо будет с ним работать.

- Тем не менее, вы сейчас сказали: «Дальше будем работать». Что под этим имеется в виду? Хорошо: вы получите полную картину, заявки будут отосланы в местные административные органы? Или в надзорные органы? Куда?

В.Ф.: На сегодняшний момент, в общем-то, сформирован план строительства и ремонт дорог в республике. Нам важно сейчас собрать информацию и выяснить, насколько совпали планы правительства и мнения наших автолюбителей. Те участки дорог, которые не попали, это, разумеется, будет обобщено, и мы отправим наши предложения в правительство для их проработки.

- Но позвольте, проект называется «Картой убитых дорог», мы говорим о ямах. Люди недовольны и отмечают те участки, по которым невозможно проехать-пройти, те трассы, которые напоминают поля после бомбежки. И в данном случае мы говорим о том, что ремонт делается некачественно… Люди на это, в том числе, обращают внимание. В Петрозаводске, например, ситуация повторяется из года в год: проходит полгода – опять ямы. Сделают ремонт, залатают – опять ямы. Что с этим-то делать? Вы собрали заявки и отправите их куда-то. Как будете работать?

С.Ю.: Отправлять-то никуда не надо. Проект открытый, любой чиновник, который отвечает за дороги и деньги, выделенные на дороги, обязан сам открывать этот сайт и смотреть. А если он этого не будет делать, мы ему подскажем, напомним.

- Чиновник обязан? Где, в каком законе прописано, что он обязан? Или это будет происходить в устном и добровольно-принудительном порядке?

С.Ю.: Мы собираемся на днях посетить Госкомитет РК по транспорту и сверить наши часы. Готовы ли они сотрудничать на данный момент или действительно им надо напоминать? Может, они уже работают в данном направлении… Мы проверим это.

- Расхваленный чиновниками проект «100 дорог Карелии» дал серьезную трещину. Например, один из пользователей Всемирной паутины снял очень показательный ролик о том, что произошло с каждой дорогой в карельской столице спустя каких-нибудь полгода после ремонта. Там же он указал приличные суммы денег, потраченные на каждую дорогу. На ваш взгляд, что произошло? Можно ли здесь говорить о нарушении технологий? Или распил денег?

С.Ю.: Распил денег – это уже обвинение, у нас нет таких полномочий. Мы можем только предположить, что технология была нарушена. Если вместе со снегом сходит асфальт, то здесь появляется другой вопрос: где гарантия? У нас практически все дороги гарантийные. У той подрядной организации, которая их делала, есть адрес (если она, конечно, не испарилась, такое тоже бывает, к сожалению), она обязана устранить те недостатки, которые всплыли. Если чиновники за это зацепятся и выполнят до конца свою работу, можно будет сэкономить существенные деньги.

- Возьмем конкретный пример, опять же Петрозаводск. В прошлом году ремонтировали дороги две компании. Как они появились? Они участвовали в аукционе, который объявляла администрация города. Аукцион проводится, выражусь так, «на свободной основе». Может участвовать любая компания, соответствующая определенным критериям, которая может справиться с выставленным на аукцион техническим заданием. В нем должны быть прописаны сроки, технологии и, в том числе, гарантийный срок, который в итоге не соблюден. Получается, что администрация должна эти компании сейчас искать?..

В.Ф.: У них есть реквизиты в договоре, поэтому если прописаны гарантийные обязательства, то компания обязана их выполнить. С другой стороны, не каждая компания желает выполнения этих обязательств. Мы говорим о качестве ремонта: возьмите по аналогии приготовление хлеба. Вы не положите туда дрожжей – вы не получите хлеба. То же самое и в дорогах. Если какие-то компоненты будут сделаны не по технологии, вся работа пройдет насмарку. Значит, будет не та смесь, будет не та подготовка. Здесь четкая технология ремонта, и когда у нас в городе, республике, стране появляются компании-«однодневки»-выскочки, то и получается… Я не знаю, где найти «золотую середину», этот вопрос требует дискуссии. Ведь есть у нас проверенные организации, с именем, опытом, и мы видим качество этих дорог, в том числе, федеральных, которые они делают. Но есть и те, кто делают улицы, когда после зимы вместе со снегом сходит асфальт. Не должны такие компании каким-то образом появляться на конкурсах и аукционах.

- Согласен. Может, тогда сформировать реестр недобросовестных подрядчиков, как сейчас делается с капитальным ремонтом многоквартирных домов?

В.Ф.: Не выход. Я много читал, анализировал: на аукцион заявляются компании, в том числе, «однодневки». Она появилась, зарегистрировалась в определенном порядке и имеет право участвовать в аукционе, потому что критерий один – цена. И нет в законе останавливающих, так скажем, критериев (кто учредители, были ли раньше у этой группы какие-то нарушения, связанные с выполнением госконтракта). Как правило, в этой сфере в любом случае крутятся одни и те же люди, пофамильно…

С.Ю.: Еще не забывайте, что большие компании, бывает, нанимают субподрядчиков, более мелкие компании. Часто бывает так, что те, в свою очередь, нанимают еще… И вообще выходят непонятные ребята в желтых жилетах, ногами затолкали асфальт – вот и весь ремонт. Как после этого можно его принимать?

В.Ф.: Я вспоминаю 90-ые годы, когда у нас в Карелии был сильный состав дорожников с именем, я считаю. Было много людей, которые знали и понимали эту тему. Этот коллектив воспитывался годами, была преемственность, сегодня этого нет. Сегодня и у заказчика в силу разных причин меняется руководство, приходят новые люди. Но не всегда, к сожалению, эти люди компетентны. Мы прошли эту ситуацию с Петрозаводском.

- Вы имеете в виду, они просто не могут проверить, как качественно составлена документация на ремонт?

В.Ф.: Отчасти они не умеют этого делать. Есть люди, у которых уже есть, скажем так, консервативный подход к подготовке той же документации. Есть неопытные люди, которые не знают «тонких» мест. Соответственно, мы видим некачественно подготовленную техническую документацию, которая выходит на конкурс. Это первый и очень важный этап – работа заказчика. И когда у заказчика нет опыта работы, какого-то собственного понимания – это первый и основной провал в нашей всей работе по дорогам.

- Кстати, вы упомянули о том, что участвуют фирмы-«однодневки». Пусть они даже выигрывают аукцион, но! Начались работы, вышли непонятные люди, может, в желтых жилетах, что-то там делают. Нет ли возможности на этом этапе как-то контролировать то, чем они занимаются?

В.Ф.: Сейчас меняется законодательство: раньше многие проекты реконструкции, строительства и ремонта дорог проходили структуру согласования, в том числе, например, в Госавтоинспекции. Сегодня проекты не согласовываются в подразделениях Госавтоинспекции, я считаю, это плохо для дела. Потому что когда заказчик «просел» и не умеет работать с технической документацией, она не проходит соответствующий определенный отбор у специалистов, которые, например, в Госавтоинспекции работают давно (и есть много грамотных специалистов)… Самый яркий пример – улица Чапаева. Мы строили-строили и построили после этого неизвестно что. Когда проходит реконструкция улицы, целью этого является увеличение пропускной способности и повышение безопасности движения. Но как мы реконструировали улицу Чапаева, когда основные задачи не были выполнены? А эта реконструкция не проходила через подразделения Госавтоинспекции в плане согласования вопросов безопасности движения.

- Хорошо, ремонт сделан. Я так понимаю, что качество должно приниматься, как в случае с ремонтом дома и пр. Самое первое, что приходит в голову: как специалисты (может, комиссия какая-то создается) могут принять такой, как впоследствии выясняется, некачественный ремонт?

В.Ф.: Вообще, это очень просто. Все расписано в наших старых советских ГОСТах. Когда ведется строительство или реконструкция дороги, есть, в том числе, и скрытые работы, проводится проверка на каждом этапе. Раньше вырубались шурфы, и в них послойно в нескольких местах проверялось – соответствует или не соответствует дорожное покрытие.

- А сейчас этого не делается?

В.Ф.: Было бы интересно посмотреть, где это делается, чтобы уже предметно разговаривать. На мой взгляд, это не делается, в этом провал. Нам не надо изобретать велосипед, надо вспомнить все старое, хорошее и доброе и подтянуть грамотных и принципиальных специалистов на эту работу.

С.Ю.: Ведь не забывайте, только Петрозаводску выделено более 100 миллионов рублей. Деньги, конечно, многим интересны. Главное, чтобы за ними пришел результат, люди ждут результата.

- Об этом люди постоянно и спрашивают: такие громадные деньги, а мы получаем ямы спустя полгода. Планирует ли ОНФ в проекте привлекать к работе правоохранителей?

В.Ф.: Безусловно. Уже были примеры на стадии обсуждения проекта. Приведу пример: два года назад на одной из дорог Карелии – Петрозаводск-Суяорви – был выполнен ремонт. Часть асфальта весной, как вы говорите, «утекла». Я участвовал в этой работе как активист ОНФ, несколько раз мы поднимали этот вопрос, было обращение и в прокуратуру, после чего в достаточно короткий срок недостатки были устранены. Это нормальный подход: когда проблема есть и не решается, то любой человек может обратиться в органы власти, прокуратуру, в правоохранительные органы с разъяснением или заявлением. Здесь мы объединили усилия, создали карту дорог, и сегодня есть группа специалистов, которая готова включиться в эту работу, обобщить какие-то материалы, информацию и достаточно профессионально и грамотно обратиться в правоохранительные органы. Мы, безусловно, будем это практиковать.

- А кто может наказать?

В.Ф.: Есть Государственная инспекция безопасности дорожного движения, в Кодексе об административных правонарушениях РФ есть статьи: «нарушение правил ремонта и содержания автомобильных дорог». Прокуратура может проверить. В зависимости от уровня нарушения (может, полдороги и украдено, я утрирую немножко) – тогда это уже полиция должна разбираться и заводить дела, в том числе, экономической направленности.

- Наказать-накажем, штраф выпишем. Но, на ваш взгляд, в ситуации с нашими карельскими убитыми дорогами кто виноват?

С.Ю.: В этой ситуации сейчас голословно искать каких-то виноватых. У нас, как всегда, один виноват не может быть?

- Так все виноваты?

С.Ю. Мы все живем в одном обществе, кто-то промолчал, кто-то не промолчал, а просто крикнул и забыл, другой завел дело и не довел до конца. Смотрите, в Карелии изначально очень серьезно наказывали, за воровство на дорогах. У нас ведь есть факты, когда самые большие люди, члены правительства оказывались под судом за некачественные дороги.

В.Ф.: И за нецелевое использование денежных средств очень серьезные были уголовные дела…

- Я имел в виду то, каждый чиновник (хотя могу ошибаться) должен нести ответственность – административную ли, уголовную ли, прописанную в законе…

С.Ю.: Это все регламентировано, все в законе есть, просто каждый должен выполнять свою задачу.

В.Ф.: Понимаете, я бы еще хотел сказать, что вообще дорожное строительство, дорожное хозяйство, ремонт – это процесс очень сложный. Задействовано очень много ведомств, производственников, контролирующих органов. В каждой определенной ситуации надо разбираться. Если, например, ушел асфальт вместе со снегом, надо разбираться, почему. Если это некачественная смесь – кто ее произвел, кто положил? Если тот же подрядчик купил эту смесь у завода, и не была правильно изложена та же техническая информация по комплектующим этой дорожной смеси – это один уровень. Если положили недостаточное количество этой смеси – это второй ответственный. Если недостаточность контроля со стороны правоохранительных органов – это третий уровень ответственности.

На ваш вопрос всегда очень сложно ответить, но в каждой конкретной ситуации можно докопаться: благодаря системе экспертиз, которые проводятся в рамках административного производства или в рамках уголовных дел. Есть экспертные оценки финансовой составляющей реконструкции и строительства дорог. Грамотные специалисты всегда могут докопаться до истины, надо только дойти до нее. Было бы желание.

- Судя по тому, что у нас с дорогами творится, почему-то докопаться не получается. Вам не кажется, что существующая система уровней ответственности себя не оправдывает?

С.Ю.: Мне кажется, что, в первую очередь, власть должна поменять подход к дорогам. Надо заранее заказывать именно тот уровень ремонта дорог, чтобы он «стоял» не год и не два, а как в других странах, в той же соседней Финляндии условия ведь похожие. Власть должна спрашивать, чтобы те, кто делал, не испарялись, а возвращались, чтобы им было невыгодно плохо делать.

 

Комментарии