• EUR: 68,5002
  • USD: 63,9114

За «Подсолнухами»

16 мая 2013 годаОбщество
В городе искусства и порока каждый свободен в своем выборе

«Хой!» или «Дах!» - так коротко приветствуют друг друга голландцы, и, пожалуй, ни один европейский город, где мне довелось побывать, не встречал меня так по-приятельски просто, как Амстердам. Его ничуть не смущали горы мусора, оставшиеся по берегам каналов после бурного празднования коронации нового нидерландского монарха Виллема-Александра. Он не пытался припудрить яркие прыщи квартала красных фонарей или проветрить крепким морским ветром застоявшийся смрад кофешопов. Как мне показалось, этот город просто открыл свои двери и предложил самому выбрать те комнаты, куда я хочу заглянуть. Стесняться ему было уже давно нечего...

Содом и Гоморра

Если бы я сказал, что отправился в Амстердам своими глазами взглянуть на любимый натюрморт дочери – «Подсолнухи», мне бы мало кто поверил. Многие знакомые, узнав, что я еду в голландскую столицу, понимающе подмигивали и весело напутствовали: «Ну, ты уж там за нас...!». Думаю, они имели в виду отнюдь не знакомство с художественными шедеврами Ван Гога, Рембрандта или Вермеера.

Амстердам еще в прошлом веке снискал славу Содома и Гоморры: едва ли найдется другое место на Земле, где к человеческим порокам относятся так снисходительно. Проституция процветала в портовом городе со времен средневековья, но в начале «нулевых» она в Нидерландах была полностью легализована, и сегодня в голландской столице официально насчитывается несколько тысяч «жриц любви», которые исправно платят в королевскую казну немалые налоги и зарабатывают себе пенсию. Оборот секс-услуг оценивается в стране в сотни миллионов евро, а посещение квартала красных фонарей стало обязательной частью пешеходных экскурсий по историческому центру Амстердама.

«Обратите внимание на девушек в витринах!», - раздается голос русского экскурсовода над живописной набережной Аудзейдс Фоорбургваль, но туристов из России, да и других уголков мира особо просить не нужно: они с каким-то детским восторгом разглядывают полуголых девиц и дам, которые приветливо улыбаются прохожим и постукивают коготками по оконному стеклу, приглашая заглянуть внутрь. «Фифти эуро», - деловито сообщают разноликие и разновозрастные труженицы тела цену пятнадцатиминутного удовольствия самым заинтересованным.  

Интересно, что все это происходит в двух шагах от Ауде Керк – самой старой амстердамской церкви, заложенной на насыпном холме еще в начале XIV века. Когда-то в этом храме крестил своих детей самый знаменитый голландский художник Рембрандт Харменс Ван Рейн, а сегодня в здании с уникальной акустикой проходят концерты, музыкальные конкурсы и вручается престижная премия в мире фотожурналистики World Press Photo. В 2007 году у старой церкви была установлена бронзовая статуя «Belle» («Красотка»), изображающая путану на пороге борделя. С тех пор любителям музыки и фотоискусства невольно приходится проходить мимо памятника проститутке, к подножию которого прикреплена табличка с лозунгом «Уважайте работников сексуального труда во всем мире!».

Трын-трава

Со старейшей амстердамской церковью соседствуют не только витрины с красными фонарями, но и кофешоп с незатейливым названием «Old Church» («Старая церковь»). В эти заведения приходят отнюдь не ради кофе, хотя, в общем-то, кофе в них тоже можно выпить.

По своей популярности у туристов амстердамские кофешопы явно превосходят весь прочий общепит, хотя в городе немало экзотических ресторанов и очень романтичных кафе. Казалось бы, в мире хватает стран, которые пошли по пути легализации легких наркотиков, но голландцы и тут умудрились превратить пагубную страсть в туристическую достопримечательность. Этому способствуют многочисленные сувенирные лавки, где вместе с традиционными деревянными башмаками – кломпами – можно увидеть футболки, кружки, зажигалки и магниты с изображением марихуаны.

Количество кофешопов в Амстердаме исчисляется сотнями, и в вечернее время в них просто яблоку негде упасть. Любопытно, что курить обычный табак в этих заведениях запрещено, но смрад от марихуаны и гашиша стоит такой, что не спасают даже распахнутые настежь двери. Для тех, кто так и не пристрастился к сигарете, но хотел бы испытать наркотический хмель, в кофешопах продают начиненную «дурью» пиццу, кексы и даже мороженое. После этого как-то не верится, что голландские власти легализовали легкие наркотики, как альтернативу тяжелым – героину, кокаину или ЛСД.

Как и в квартале красных фонарей, русская речь в кофешопах звучит почти повсеместно, особенно в дни «майских каникул». Запретный плод сладок, и многие наши соотечественники, не опасаясь облав наркоконтроля, отрываются с «травой» по полной. Ближе к полуночи то тут, то там над каналами раздается разухабистый мат с московским или южнорусским говорком, а некоторые особенно бесшабашные туристы пытаются под кайфом даже оседлать велосипед.

От Рембрандта до Ив-Сен Лорана

Амстердам оглушил меня своим шумным весельем в первый же вечер, как только я добрался до центра города из аэропорта Скипхол. Но тем приятнее было познакомиться с голландской столицей погожим майским утром, когда тюльпаны на пестрых клумбах только отрывают головки, обитатели многочисленных домов-барж заваривают ароматный кофе, а по каналам плывут полупустые речные трамвайчики. В этот час у двух самых знаменитых музеев города – Рейксмузеума и Музея Ван Гога – уже выстраиваются огромные очереди, которые почти не иссякают в течение всего дня.

В средние века Амстердам был местом религиозного паломничества. Поводом для этого послужила загадочная история, произошедшая в 1345 году с одним из местных жителей перед его смертью. Во время причащения изо рта умиравшего выскочила облатка,  которую бросили в огонь, но пламя ее совсем не опалило. Римско-Католическая церковь официально признала этот факт чудом, и в Амстердам потянулись паломники со всей Европы. После принятия в XVI веке Нидерландами протестантства поклонение «амстердамскому чуду» пошло на спад, да и сами голландцы с тех пор стали менее религиозны. Многие храмы в Амстердаме фактически работают как музеи, а в одной из бывших церквей возле площади Лейдсеплейн даже открыт самый модный в городе ночной клуб «Paradiso», где выступали такие легендарные рок-музыканты как Ник Кейв и «Нирвана».

Однако на смену религиозному паломничеству в голландскую столицу пришло культурное, и очереди у амстердамских музеев все же убеждают в том, что этот город влечет к себе не только любителей запретных плодов. В апреле нынешнего года в Рейксмузеуме завершилась десятилетняя реконструкция, на которую было израсходовано почти полмиллиарда евро, и тысячи туристов ежедневно приходят сюда взглянуть на шедевры голландских мастеров – Рембрандта, Вермеера, Хальса, Ван Гога. Самым известным полотном Рейксмузеума считается «Ночной дозор» Рембрандта, не раз подвергавшийся нападению вандалов, хотя лично меня больше всего тронул автопортрет великого живописца в виде апостола Павла, застывший взгляд которого словно исполнен вековой мудрости. Но голландцы не были бы голландцами, если бы в их государственном музее не нашлось места для платья Ив-Сен Лорана с геометрическим декором, предметов мебели в стиле поп-арт и современных видеоинсталляций.

В гостях «У обезьяны»

Значительная часть Рейксмузеума отведена истории морских завоеваний Нидерландов, и посетители этой экспозиции могут увидеть макеты кораблей и старинное оружие, с помощью которых голландцы в XVII-XVIII веках покоряли страны Азии, Африки и Америки. Достаточно вспомнить, что Нью-Йорк был тоже основан голландскими колонистами и до 1664 года именовался Новый Амстердам. Столица Нидерландов и сегодня остается одним из крупнейших портов мира, хотя иногда кажется, что выходцы из бывших голландских колоний сами завоевали метрополию. В Амстердаме проще найти ресторан индонезийской или суринамской кухни, чем отведать традиционный голландский обед.

Честно признаться, нидерландская кухня в отличие от колониальной показалась мне слишком пресной. Традиционный гороховый суп с беконом и мясное рагу скрасило лишь отменное голландское пиво, причем знаменитый Heineken, на мой взгляд, не самый лучший его сорт, хотя распространен в Амстердаме практически повсеместно.

И уж точно самое подходящее место для дегустации местного пива или джина – это коричневые бары, старинные питейные заведения с прокопченными от времени деревянными стенами. Многие из этих баров разменяли уже не одну сотню лет, как, например, «In’t Aepjen» («У обезьяны») на извилистой улочке Зедейк, которое, как говорят, существует с середины XVI века. Приветливый бармен утверждает, что это самый старый бар в городе, а название заведению было дано еще в те годы, когда моряки расплачивались за выпивку обязьянами, привезенными из далеких южных стран.

К счастью, мне было чем заплатить за пиво, и в карманах еще оставалось немного мелочи, чтобы купить на цветочном рынке луковицы разноцветных голландских тюльпанов. Надеюсь, их примет холодная карельская земля, и эти цветы еще долго будут напоминать мне о городе искусства и порока.

Валерий ПОТАШОВ,
Амстердам-Петрозаводск,
По материалам «МК» в Карелии»    

 

Комментарии

    Блоги
    • Николай Габалов, журналист, блогер

      В нашем прекрасном городе П., в котором центр - сплошной заповедник лениных-свердловых-марксов, и вдруг – такое неожиданное название!

    • Елена Пономарева, налогоплательщик

      Как добиться снижения налога на имущество физлиц. Личный опыт.

    • Николай Габалов, журналист, блогер

      Вместо того, чтобы покупать кусок металла, который будет мало использоваться, можно платить за услугу, только когда она нужна.

    • 1
    • 2
    • 3